Неясные думы томят,
Неясные грезы всплывают
И вылиться в звуки хотят —
И звуки в душе замирают…
Мелькают в мозгу чередой
Обрывки каких-то видений
Туманных, как пар над водой,
И грустных, как сумерек тени.
Раздался мерный шаг солдат.
По каменным и гулким плитам,
Сияньем солнечным залитым,
Шаги отчетливо звучат.
Сверкает луч на касках медных
И золотит ближайший шпиц;
В толпе немало женских лиц —
И нежно-розовых, и бледных.
В небесах одиноко звезда
Мне сияет серебряным светом,
И мечтой уношусь я туда,
Где мерцает, бледнея с рассветом,
Одинокому та же звезда.
Побледнела небесная даль,
Предрассветною дымкой обята,
И рождается в сердце печаль
О былом — может быть без возврата
Во мраке ночи южной
Смолкает песнь цикад,
Под дымкою жемчужной
Спокойно дремлет сад.
В запущенной беседке
Фонтан замолк давно.
И лишь магнолий ветки
К нам тянутся в окно.
Как иногда с прогулок летом
Мы возвращаемся домой
В вечерний час с простым букетом,
Небрежно связанным тесьмой;
Так, вместо буквицы пахучей
И медуниц, и васильков,
Я приношу цветы созвучий
Из отдаленных уголков.
Неясныя думы томят,
Неясныя грезы всплывают
И вылиться в звуки хотят—
И звуки в душе замирают…
Мелькают в мозгу чередой
Обрывки каких-то видений
Туманных, как пар над водой,
И грустных, как сумерек тени.
Весной в траве журчал ручей
Под вечной зеленью крушины,
С зарей звенели там кувшины,
Им вторил смех и звук речей
И топот стад у водопоя…
Но вот, под жгучим игом зноя,
Иссякла светлая струя:
Безводным ложе у ручья,
Таким сухим и жестким стало,
Как взор, давно не знавший слез,
Мы в старые сказки не верим,
Не верим давно в чудеса,
Но сказку я знаю: вот терем,
На вышке — царевна краса.
Царевна глядит на дорогу…
Не конница ль мчится в пыли?
Не вторит ли звонкому рогу
Бряцанье оружья вдали?
В стемневших небесах таинственно блистая,
Я видел: звездочка зажглася золотая;
Но этот яркий свет
Недолго мог борьбу выдерживать со тьмою:
Она скатилася, оставив за собою
Короткий, но блестящий след.
А плошка жалкая, что тлела у забора,
Глумясь над участью печальной метеора,
Всю ночь дымилася, кругом
Мы в старыя сказки не верим,
Не верим давно в чудеса,
Но сказку я знаю: вот терем,
На вышке—царевна краса.
Царевна глядит на дорогу…
Не конница ль мчится в пыли?
Не вторит ли звонкому рогу
Бряцанье оружья вдали?
Лежу, глаза полузакрыв;
Во сне глубоко море дышит,
И ветра свежего порыв
Балконный занавес колышет.
Вершина темная волны
Сверкает пеною жемчужной,
И свет, и сумрак ночи южной —
Чудесной тайною полны.
Бледнеет свет вечерний…
Каким путем идти?
Камней и острых терний
Немало на пути.
Стучаться тщетно буду
В дома с закатом дня,
Любви великой чуду
Не сбыться для меня.
Приют богатых — тесен;
Кто сыт и кто обут —
Темные тучи по небу ночному
Быстро над снежной поляной клубились,
Грусть навевавшие сердцу больному —
Думы в уме проносились.
Выплыв над степью таинственно белой,
Робко луна из-за туч проглянула;
В сумрачном сердце на миг просветлело,
В сердце надежда блеснула.
Темнеет… Черных туч несутся вереницы,
Долина и холмы окуталися мглой,
И с криком носятся испуганные птицы,
Кружася низко над землей…
Все стихло — странною, зловещей тишиною,
Но скоро молния блеснет из темных туч,
И вихрь поднимется над сонною рекою,
И грянет гром — ужасен и могуч.
Темныя тучи по небу ночному
Быстро над снежной поляной клубились,
Грусть навевавшия сердцу больному—
Думы в уме проносились.
Выплыв над степью таинственно белой,
Робко луна из за туч проглянула;
В сумрачном сердце на миг просветлело,
В сердце надежда блеснула.
(К 50-и летнему юбилею)
Рыцарь духа. Это слово
Вдохновенного певца,
Жаждой подвига святого
Жгло избранников сердца.
Званья рыцаря достоин,
Кто держал за правду речь,
Кто за правду, смелый воин,
Обнажал духовный меч.
Кто будил святую жалость,
Тучи темныя нависли
Низко над землей,
Сон оковывает мысли
Непроглядной мглой…
Воли нет, слабеют силы,
Тишина вокруг…
И спокойствием могилы
Охватило вдруг.
Из белаго камня ступени
В мерцающей тьме потонули,
Спустились вечерния тени
И звезды блеснули.
Чарующей, царственно южной
Оне засияли красою,
Цветы задремали, жемчужной
Омыты росою.
Я, гуляя в час заката
У залива между скал —
(Непонятная утрата!)
Сердце как-то потерял…
К морякам в моей печали
Приходил с вопросом я,
И они мне отвечали,
Что вчера его видали
У тебя, краса моя.
Тучи темные нависли
Низко над землей,
Сон оковывает мысли
Непроглядной мглой…
Воли нет, слабеют силы,
Тишина вокруг…
И спокойствием могилы
Охватило вдруг.
Из белого камня ступени
В мерцающей тьме потонули,
Спустились вечерние тени
И звезды блеснули.
Чарующей, царственно южной
Они засияли красою,
Цветы задремали, жемчужной
Омыты росою.
Дни бывают… Сладкой муки
Сердце чуткое полно,
И заветных песен звуки
В сердце зреют, как зерно.
Засияв среди ненастья
Темной ночи грозовой,
В мертвый холод безучастья
Вторгся луч любви живой.
Во тьме уныло завывая,
Холодный ветер бушевал,
Исчезла даль береговая,
Идет девятый вал.
Ужели все, что было свято,
К чему ты с верою взывал —
Умчит с собою без возврата
Девятый вал?
Тучки воздушно-туманныя
Тихо клубятся во тьме;
Думы тревожныя, странныя,
Смутно проходят в уме.
Вновь-ли воскресло забытое?
Жду-ли чего впереди?
Жало тоски ядовитое
Чувствую снова в груди?
Если снежные вершины
Озарит весенний луч —
Разорвав снегов плотины,
Хлынут с силою в долины
Воды с круч.
Если думы и волненья
В сердце зреют, как зерно —
Им излиться в песнопенья
Суждено.