Георгий Иванов - короткие стихи

Найдено 444

Георгий Иванов

Я хотел бы улыбнуться

Я хотел бы улыбнуться,
Отдохнуть, домой вернуться…
Я хотел бы так немного,
То, что есть почти у всех,
Но что мне просить у Бога —
И бессмыслица и грех.


Георгий Иванов

Поговори со мной о пустяках

И.О. Поговори со мной о пустяках,
О вечности поговори со мной.
Пусть, как ребенок, на твоих руках
Лежат цветы, рожденные весной.Так беззаботна ты и так грустна.
Как музыка, ты можешь все простить.
Ты так же беззаботна, как весна,
И, как весна, не можешь не грустить.


Георгий Иванов

Мне больше не страшно

Мне больше не страшно. Мне томно.
Я медленно в пропасть лечу
И вашей России не помню
И помнить ее не хочу.И не отзываются дрожью
Банальной и сладкой тоски
Поля с колосящейся рожью,
Березки, дымки, огоньки…


Георгий Иванов

Памяти провалы и пустоты

Памяти провалы и пустоты.
Я живу… Но как же так? Постой
… Чайка ловко ловит нечистоты
Из волны лазурно-золотой.Проглотив какую-нибудь пакость,
Весело взметает в синеву…
Малоутешительно — однако
Никаких сомнений — я живу!


Георгий Иванов

За столько лет такого маянья

За столько лет такого маянья
По городам чужой земли
Есть от чего прийти в отчаянье,
И мы в отчаянье пришли.— В отчаянье, в приют последний,
Как будто мы пришли зимой
С вечерни в церковке соседней,
По снегу русскому, домой.


Георгий Иванов

Меня уносит океан

Меня уносит океан
То к Петербургу, то к Парижу.
В ушах тимпан, в глазах туман,
Сквозь них я слушаю и вижу —Сияет соловьями ночь,
И звезды, как снежинки, тают,
И души — им нельзя помочь —
Со стоном улетают прочь,
Со стоном в вечность улетают.


Георгий Иванов

Моей тоски не превозмочь

Моей тоски не превозмочь,
Не одолеть мечты упорной;
Уже медлительная ночь
Свой надвигает призрак чёрный.Уже пустая шепчет высь
О часе горестном и близком.
И тени красные слились
Над солнечным кровавым диском.И всё несносней и больней
Мои томления и муки.
Схожу с гранитных ступеней,
К закату простираю руки.Увы — безмолвен, как тоска,
Закат, пылающий далече.
Ведь он и эти облака
Лишь мглы победные предтечи.


Георгий Иванов

Он инок

Он — инок. Он — Божий. И буквы устава
Все мысли, все чувства, все сказки связали.
В душе его травы, осенние травы,
Печальные лики увядших азалий.Он изредка грезит о днях, что уплыли.
Но грезит устало, уже не жалея,
Не видя сквозь золото ангельских крылий,
Как в танце любви замерла Саломея.И стынет луна в бледно-синей эмали,
Немеют души умирающей струны…
А буквы устава все чувства связали, -
И блекнет он, Божий, и вянет он, юный.


Георгий Иванов

Бледно-синее небо покрыто звездами

Погляди, бледно-синее небо покрыто звездами,
А холодное солнце еще над водою горит,
И большая дорога на запад ведет облаками
В золотые, как поздняя осень, Сады Гесперид.Дорогая моя, проходя по пустынной дороге,
Мы, усталые, сядем на камень и сладко вздохнем,
Наши волосы спутает ветер душистый, и ноги
Предзакатное солнце омоет прохладным огнем.Будут волны шуметь, на печальную мель набегая,
Разнесется вдали заунывная песнь рыбака…
Это все оттого, что тебя я люблю, дорогая,
Больше теплого ветра, и волн, и морского песка.В этом темном, глухом и торжественном мире — нас двое.
Больше нет никого. Больше нет ничего. Погляди:
Потемневшее солнце трепещет, как сердце живое,
Как живое влюбленное сердце, что бьется в груди.


Георгий Иванов

Оттого и томит меня шорох травы

Оттого и томит меня шорох травы,
Что трава пожелтеет и роза увянет,
Что твое драгоценное тело, увы,
Полевыми цветами и глиною станет.

Даже память исчезнет о нас… И тогда
Оживет под искусными пальцами глина
И впервые плеснет ключевая вода
В золотое, широкое горло кувшина.

И другую, быть может, обнимет другой
На закате, в условленный час, у колодца…
И с плеча обнаженного прах дорогой
Соскользнет и, звеня, на куски разобьется.


Георгий Иванов

Стоило ли этого счастье безрассудное

Стоило ли этого счастье безрассудное
Все-таки возможное? О, конечно, да
Птицей улетевшее в небо изумрудное,
Где переливается вечерняя звезда.Будьте легкомысленней, будьте легковернее.
Если вам не спится — выдумывайте сны.
Будьте, если можете, как звезда вечерняя
Так же упоительны, так же холодны.


Георгий Иванов

Волны шумели

Волны шумели: «Скорее, скорее!»
К гибели легкую лодку несли,
Голубоватые стебли порея
В красный туман прорастали с земли.Горы дымились, валежником тлея,
И настигали их с разных сторон, —
Лунное имя твое, Лорелея,
Рейнская полночь твоих похорон.… Вот я иду по осеннему саду
И папиросу несу, как свечу.
Вот на скамейку чугунную сяду,
Брошу окурок. Ногой растопчу.


Георгий Иванов

Сонет-послание

Игорю СеверянинуЯ долго ждал послания от Вас,
Но нет его и я тоской изранен.
Зачем Вы смолкли, Игорь Северянин,
Там в городе, где гам и звон кирас? Ночь надо мной струит златой экстаз,
Дрожит во мгле неверный лук Дианин…
Ах, мир ночной загадочен и странен,
И кажется, что твердь с землей слилась.Звучит вдали Шопеновское скерцо,
В томительной разлуке тонет сердце,
Лист падает и близится зима.Уж нет ни роз, ни ландышей, ни лилий;
Я здесь грущу, и Вы меня забыли…
Пишите же, — я жду от Вас письма!


Георгий Иванов

Ранняя весна

Зима все чаще делала промахи,
Незаметно растаяли снега и льды.
И вот уже радостно одеты сады
Пахучими цветами черемухи.В зелени грустит мраморный купидон
О том, что у него каменная плоть.
Девушка к платью спешит приколоть
Полураспустившийся розовый бутон.Ах, ранняя весна, как мила мне ты!
Какая неожиданная радость для глаз:
Проснувшись утром, увидеть тотчас
Залитые веселым солнцем цветы.


Георгий Иванов

Луна взошла совсем как у Вэрлена

Луна взошла совсем как у Вэрлена:
Старинная, в изысканном уборе,
И синие лучи упали в море.«Зачем тобой совершена измена»…
Рыдал певец, томясь в мишурном горе,
И сонная у скал шуршала пена.


Георгий Иванов

Сонет

Любовь Николаевне БорэВ залив, закатной кровью обагренный,
Садилось солнце. Матовый кристалл
Луны оранжевой медлительно всплывал,
Дробясь и рдея в зыби вод бессонной.Рукою опершись о пьедестал
Богини мраморной, с улыбкой благосклонной
Красавица внимала, как влюбленный
Слова признанья нежно ей шептал: «Прелестней Вас в златых полях едва ли
Аркадии божественной встречали
Или в садах счастливых гесперид! Сладчайшие сулите Вы надежды»…
Она ж в ответ, склонив с усмешкой вежды:
«Тот часто лжив, кто складно говорит!»


Георгий Иванов

Газэлла

Скакал я на своем коне к тебе, о любовь.
Душа стремилась в сладком сне к тебе, о любовь.Я слышал смутно лязг мечей и пение стрел,
Летя от осени к весне к тебе, о любовь.За Фебом рдяно-золотым я несся вослед,
Он плыл на огненном руне к тебе, о любовь.И в ночь я не слезал с коня, узды не кидал,
Спеша, доверившись луне, к тебе, о любовь.Врагами тайно окружен, изранен я был,
Но все стремился к вышине, к тебе, о любовь.Истекши кровью, я упал на розовый снег…
Лечу, лечу, казалось мне, к тебе, о любовь.


Георгий Иванов

Триолет

«Люблю», — сказал поэт Темире,
Она ответила: «И я».
Гремя на сладкострунной лире,
«Люблю», — сказал поэт Темире…
И все они забыли в мире
Под сенью дуба у ручья.
«Люблю», — сказал поэт Темире…
Она ответила: «И я».


Георгий Иванов

Птица упала

Птица упала. Птица убита…
В небе пылают кровавые зори.
Из изумруда, из хризолита
В пурпуре света пенится море.В небе сиянье, в небе прощенье,
К грезам весенним дорога открыта…
Пена морская мрачною тенью
Бьется о берег. Птица убита.


Георгий Иванов

Весенние аккорды

Склонились на клумбах тюльпаны,
Туманами воздух пропитан.
Мне кажется, будто бы спит он,
Истомой весеннею пьяный.Луна, альмадинов кровавей,
Над садом медлительно всплыла
И матовый луч уронила
На тускло мерцающий гравий.Иду у реки осторожно…
Боюсь Водяного — утопит.
Томления кубок не допит,
Но больше мечтать — невозможно…


Георгий Иванов

Солнце разлилось по спелым вишням

Солнце разлилось по спелым вишням,
Сверкая радостно и томя.
Своим мечом — сиянием пышным —
Землю ударило плашмя.И стали дали великолепней,
Чем светом луны опаленный лед…
Мой дух восторженный, окрепни
И славь царя, победный лет!


Георгий Иванов

Утром

Заколдованы утром дома,
И безлюдье чарует меня,
И баюкает свежесть меня.
В небе — крылья морозного дня.Одинокие люди идут,
Но все тихо, как будто их нет.
Никого, никого будто нет…
В вышине — бледно-розовый свет.


Георгий Иванов

Оттепель

Снегом наполнена урна фонтана,
Воды замерзшие больше не плачут.
Нимфа склонилась в тоске у бассейна,
С холодом зимним бороться не в силах.Всплыло печальное светлое солнце,
Белую землю стыдливо пригрело,
Вспомнила нимфа зеленые листья,
Летнее солнце в закатной порфире, Брызги фонтана в прозрачности милой,
Лунную негу и вздохи влюбленных…
Слезы из глаз у нее полилися,
Тихо к подножью стекая.


Георгий Иванов

Луна упала в бездну ночи

Луна упала в бездну ночи,
Дремавший ветер окрылив,
И стал тревожней и короче —
Уже невидимый — прилив.И мрака черная трясина
Меня об яла тяжело.
И снова сердце без причины
В печаль холодную ушло.Я ждал — повеют ароматы,
Я верил — вспыхнут янтари…
…И в полумгле зеленоватой
Зажегся тусклый нимб зари.


Георгий Иванов

Сонет-акростих

Грааль Арельскому.
В ответ на Его послание.Гостиная. Кудрявый купидон
Румянится, как розовая астра.
Азалии горят закатом страстно,
А я мечтой творю весенний сон.Любовь томит. Я сладко опален
Юноною, но не из алебастра.
Ах, что мне смерть и грозы Зороастра —
Рука моя сильнее всех времен.Едва ль когда под солнцем иль луной
Любовнее чем Ваш, Грааль Арельский,
Сонет сверкал истомно-кружевной! Кладу его я в ящичек карельский…
О, милый дар, благоухай всегда
Мучительней и слаще, чем звезда!


Георгий Иванов

Вечерние строфы

Месяц стал над белым костелом,
Старый сад шепнул мне: «Усни»…
Звезды вечера перед Божьим престолом
Засветили тихие огни.И плывут кружевные туманы,
Белым флером все заволокли.
Я иду сквозь нежный сумрак, пьяный
Тонким дыханием земли.Мной владеет странная истома,
Жаля душу, как прожитые дни.
Шелест сада грустно-знакомый
Неотступно шепчет: «Усни»…


Георгий Иванов

Осень пришла

Мертвую девушку в поле нашли.
Вялые травы ей стан оплели.Взоры синели, как вешние льды.
В косах — осколки вечерней звезды.Странной мечтою туманился лик.
Серый ковыль к изголовью приник.Плакала тихо вечерняя мгла.
Небо шептало, что осень пришла…


Георгий Иванов

Стансы

1Ах, небосклон светлее сердолика:
Прозрачен он и холоден и пуст.
Кровавится среди полей брусника
Как алость мертвых уст.Минорной музыкой звучат речные струи,
Скользят над влагой тени лебедей,
А осени немые поцелуи
Все чаще, все больней.2Маскарад был давно, давно окончен,
Но в темном зале маски бродили,
Только их платья стали тоньше:
Точно из дыма, точно из пыли.Когда на рассвете небо оплыло,
Они истаяли, они исчезли.
Осеннее солнце, взойдя, озарило
Бледную девочку, спящую в кресле.


Георгий Иванов

Вновь сыплет осень листьями сухими

Вновь сыплет осень листьями сухими
На мерзлую землю.
Вновь я душой причастен светлой схиме
И осени внемлю.
Душа опять златой увита ложью,
И радостна мука.
Душа опять, стремясь по бездорожью,
Ждет трубного звука.
Вновь солнце Божие плывет, деля туманы,
К обманному раю.
Вновь солнце Божие открыло раны,
И я — умираю.


Георгий Иванов

Схима

Укрепился в благостной вере я,
Схима святая близка.
Райские сини преддверия,
Быстрые бегут облака.
Я прощаюсь с былью любимою,
Покидаю мой милый мир.
Чтоб одеться солнечной схимою,
В дальний путь иду наг и сир.
В сердце розы Христовы рдяные,
Цепь моя не тяжка,
Ухожу в зоревые туманы я —
Иная участь близка.


Георгий Иванов

Заря Пасхальная

Господня грудь прободенная
Точит воду и кровь,
Учит верить в любовь
Грудь, копнем прободенная.Рдеет злостью роз
Грудь Христова пронзенная,
Каплет кровь, осветленная
Нежным веяньем роз.Кровью земля окропленная
Видит — воскрес Христос.
В небо ангел вознес
Одежды его осветленные…
Рдеет полымя роз.


Георгий Иванов

Теперь, когда быстрее лавы

Теперь, когда быстрее лавы
Текут блистательные дни,
Пред гордым «Памятником Славы»,
Поэт, колена преклони.За честь и правду гибнут люди,
Полмира в дыме и огне,
И в эти дни, как весть о чуде, —
Над медью лавров и орудий
Суровый ангел в вышине.


Георгий Иванов

Павшим гвардейцам

Я вижу ясно тот жестокий бой,
Треск пулеметов и снарядов вой,
Простреленных знамен столетний шелк,
Твоих знамен, Конногвардейский полк! Смерть не страшна и слава впереди.
Самоотверженья огонь в груди.
Лети, молва, чтоб Родине принесть
О брани славной и победе весть! Сломил героев схватки бурелом,
И ангел смерти осенил крылом,
Но вечности их память предана
И доблестью покрыты имена.


Георгий Иванов

О, твердость, о, мудрость прекрасная

О, твердость, о, мудрость прекрасная
Родимой страны!
Какая уверенность ясная
В исходе войны! Не стало ли небо просторнее,
Светлей облака?
Я знаю: воители горние —
За наши войска.Идут с просветленными лицами
За родину лечь, —
Над ними — небесные рыцари
С крылами у плеч.И если устали, ослабли мы,
Не видим в ночи, —
Скрещаются с вражьими саблями
Бесплотных мечи.


Георгий Иванов

Бельгия

Уносит все поток времен и смерти,
Но не исчезнет память на земле
О маленьком народе — и Альберте,
Геройского народа короле.Покой и труд в отчизне процветали,
Но грянул гром губительной войны,
И пред лицом ее — бельгийцы стали
Все, как один, — за честь родной страны.И наглецов остановилась лава,
Урок непоправимый получа!
Хвала бельгийцам и Альберту слава.
Поднявший меч — да сгинет от меча!