День стоял весёлый
Раннею весной.
Шли мы после школы –
Я да ты со мной.
Куртки нараспашку,
Шапки набекрень, –
Шли, куда попало
В первый тёплый день.
Склоны жизни прямые до жути —
Прямо пологие:
Он один — а жена в институте
Травматологии.Если б склоны пологие — туго:
К крутизне мы — привычные,
А у нас ситуации с другом
Аналогичные.А у друга ведь день рожденья —
Надо же праздновать!
Как избавиться от настроенья
Безобразного? И не вижу я средства иного —
Навек уедет лучший друг,
Уедет — и ни звука.
Нет безнадёжнее разлук,
Чем детская разлука.
Ты говоришь: «Уехал он!»
А это ж значит — увезён.
Ведь человек лет десяти
Не властен в выборе пути.
Стиснуты зубы плотно, сведены брови круто.
Жёсток упрямый волос над невесёлым лбом.
Весь ты какой-то новый, сумрачный, неуютный,
Словно большой, добротный, но необжитый дом.
Прячешь глаза в ресницы, пристальный взгляд заметив.
С ласковою усмешкой думаю я не раз:
«Кто же тебя полюбит, кто же в тебя вселится,
Кто же огонь засветит в окнах широких глаз?»
Небо стало синим,
Даль светла, ясна
По родной России
Шествует весна.В путь, в путь,
Друг мой в путь! Институт окончен,
В жизнь вручён диплом…
Ах, какие ночи
Нынче за окном! В путь, в путь,
Друг мой в путь! По ночам не спится
Тем, кто любит труд.
У него вагон достоинств,
Недостатков нет почти,
Ничего ему не стоит
Вам улыбку принести.
Давать он хочет, а не брать,
Он сильный, а не слабый,
О нём я толстую тетрадь
Всю исписать могла бы!
В меня ты бросишь грешные слова.
От них ты отречешься вскоре.
Но слово — нет! — не сорная трава,
Не палый лист на косогоре.Как жалко мне тебя в минуты отреченья,
Когда любое слово — не твое.
И побеждает ум, а увлеченье
Отжато, как белье.Прости меня за то, что я суров,
Что повторяюсь и бегу по кругу,
За справедливость всех несправедливых слов,
Кидаемых друг другу.
Летит новогодняя вьюга,
сверкая, колдуя, трубя.
Прибор запоздавшему другу
поставим на стол у себя. И рядом, наполнив до края,
веселую чашу вина,
чтоб, в искрах и звездах играя,
была наготове она. Быть может, в промерзшие двери
наш друг постучится сейчас
и скажет: — За ваше доверье! —
и чашу осушит за нас. Так выше бокал новогодний!
Всех друзей моих благодарю:
И того, с кем. . . я встречала
Позднюю январскую зарю,
И того, кто, выпив горечь града,
Долго здесь вокруг меня бродил,
Видел купы лип и прелесть сада
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Но мой круг волшебный пощадил.
Если, товарищ, твой друг уезжает
Иль уплывает в просторы морей,
Чарку вина за него поднимают.
Так повелось у друзей.А с другом хорошим
И с песней хорошей
Легко нам к победам по жизни идти,
Поднимем стаканы
За тех, кто в походе,
За тех, кто сегодня в пути! Пусть вдалеке он по свету блуждает,
Долго не пишет с дороги своей —
Ты — рядом, и все прекрасно:
И дождь, и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты есть на свете.
Спасибо за эти губы,
Спасибо за руки эти.
Спасибо тебе, мой любый,
За то, что ты есть на свете.
По-разному анкеты
На дружбу заполняют
И на себя за это
Потом пусть не пеняют.Иной, всего превыше
Боясь толчка под ребра,
Такого друга ищет,
Чтоб был, как вата, добрый.Другой друзей находит,
Чтоб зажигали спички,
Чтобы за ним в походе
Несли его вещички.Чем в друге ошибиться,
Хороши в лугах травы росные,
Хороши в садах вишни рослые,
А как белый цвет станет ягодой,
Я пойду к реке полем-пахотой.Наберу в кустах я смородины,
Поклонюсь тебе, чудо-Родина.
Всё ты мне дала, что просила я.
Дай же мне теперь друга милого.Он придёт тропой незаметною,
Скажет он слова мне заветные.
Он придёт, придёт лугом, нивою…
До чего ж, друзья, я счастливая!
Двое рядом притихли в ночи,
Друг от друга бессонницу пряча.
Одиночество молча кричит,
Мир дрожит от безмолвного плача.
Мир дрожит от невидимых слез,
Эту горькую соль не осушишь.
Слышу SOS, исступленное SOS —
Одинокие мечутся души.
И чем дольше на свете живем,
Тем мы к истине ближе жестокой:
Была на родине твоей —
и не нашла тебя.
— Здесь друга нет, — сказал ручей,
волнуясь и скорбя. — Здесь друга нет, —
твердили мне
тропинки и луга.
— Здесь друга нет, —
сверкнули мне
нагорные снега. На самый край вершин пришла
и, стоя на краю,
В этом мире бесконечном
Как друг друга мы нашли?
Я спешу к тебе навстречу.
Место встречи — «Жигули».
Ты со мною сядешь рядом.
Мы уедем от людей,
Наш колесный домик спрятав
В тёмном омуте ветвей.
Торжествуя и печалясь
И боясь встревожить нас,
Вечер. Воет, веет ветер,
в городе темно.
Ты идешь — тебе не светит
ни одно окно.
Слева — вьюга, справа — вьюга,
вьюга—в высоте…
Не пройди же мимо друга
в этой темноте.
Если слышишь — кто-то шарит,
сбился вдруг с пути, —
Перевод Наума Гребнева
Знай, мой друг, вражде и дружбе цену
И судом поспешным не греши.
Гнев на друга, может быть, мгновенный,
Изливать покуда не спеши.
Может, друг твой сам поторопился
И тебя обидел невзначай.
Провинился друг и повинился —
Мне снится старый друг,
который стал врагом,
но снится не врагом,
а тем же самым другом.
Со мною нет его,
но он теперь кругом,
и голова идет
от сновидений кругом.
Мне снится старый друг,
крик-исповедь у стен
Ни конца нигде, ни края
В поле ночью не видать.
Выла вьюга, как шальная.
В эту вьюгу, шли два друга, воевать.
За тебя Земля родная,
В эту вьюгу, шли два друга, воевать.Клятву, клятву
Первый давал.
Клятву, клятву
Друг повторял:
В дальнем краю,
Играет на корнете-а-пистоне
Мой друг, мой верный друг.
На голубом балконе
Из длинных синих рук.
Моё подымет платье
Весёлый ветерок,
Играя на закате
В краснеющий рожок.
Я прохожу по улице
В юбке до колен;
Я этой истиной избитой
Кого сумею поразить?
Слова, рождённые обидой,
Не торопись произносить.
Не торопись обидеть друга
Несправедливостью своей,
Загнать его внезапно в угол,
Хоть он нисколько не слабей.
Он просто чуточку добрее.
Он молча ярость переждёт.
На перекресток из-за рощицы
Колонна выползет большая.
Мадонна и регулировщица
Стоят, друг другу не мешая.Шофер грузовика тяжелого,
Не спавший пять ночей, быть может,
Усталую поднимет голову
И руку к козырьку приложит.И вдруг навек ему запомнится,
Как сон, как взмах флажка короткий,
Автодорожная законница
С кудряшками из-под пилотки.И, затаив тоску заветную,
Я люблю эту девочку в шарфике тонком,
В красных варежках, взятых у зорьки взаймы,
Что явилась сияющим гадким утенком
Ни с того ни с сего посредине зимы.Я люблю эту женщину, ту, что проснулась
И открыла нежданно мне глаз глубину,
Ту, чья нежная и беспощадная юность
Молодит и торопит мою седину.Мы смеемся, бежим, окликая друг друга,
Друг от друга почти ничего не тая.
По снегам и болотам Полярного круга
Разнеслась лебединая песня моя.Время бьет каблуками в пружинистый камень,
Как зайдёшь в бистро-столовку,
По пивку ударишь, —
Вспоминай всегда про Вовку:
— Где, мол, друг-товарищ.И в лицо — трёхстопным матом
Можешь хоть до драки.
Про себя же помни — братом
Вовчик был Шемяке.Баба, как наседка, квохчет
(Не было печали!)
Вспоминай!!! Быть может, Вовчик —
«Поминай как звали!»M.Chemiakin — всегда, везде Шемякин.
(Рабфаковское)Весна бушевала метелью черемух.
Сошлись мы с тобой невзначай.
В тяжёлых альбомах искали знакомых
И пили без сахара чай; Читали стихи под мигающим светом,
Какие-то споры вели…
Мы оба любили. Но только об этом
Не смели сказать, не могли.И мы промолчали, и мы не сказали,
И полночь меж нами легла…
Я утром билет покупал на вокзале,
Ты утром на лекцию шла.С тех пор мы не видим друг друга, не слышим,
Сыт я по горло, до подбородка.
Даже от песен стал уставать.
Лечь бы на дно, как подводная лодка,
Чтоб не могли запеленговать.
Друг подавал мне водку в стакане,
Друг говорил, что это пройдет.
Друг познакомил с Веркой по пьяни -
Мол, Верка поможет, а водка спасет.
Товарищи! Крестьяне бывают разные:
есть крестьяне бедняки-пролетарии,
есть середняк крестьянин,
а есть и кулак-буржуй.
Коммунисты — друзья бедняка-пролетария, друзья
середняка.
Только с кулаками их не примиришь никак.
Этих мироедов, доведших крестьян до сумы, —
из каждой деревни гоним мы.
Народу перейдут поля и леса,
Кто-то в проруби тонет.
Пустынно, темно.
Глубь чернеет опасно, бездонно.
Кем ты станешь?
На выбор мгновенье одно.
Промедление смерти подобно.
Зал прокурен.
Уже замыкается круг.
Промолчать?
Против всех — неудобно…
Я на подвиг тебя провожала,
Над страною гремела гроза.
Я тебя провожала
И слезы сдержала,
И были сухими глаза.
Ты в жаркое дело
Спокойно и смело
Иди, не боясь ничего!
Если ранили друга,
Сумеет подруга
Перевод Л. Дымовой
Поверьте, первая ошибка не страшна,
И первая обида не важна,
И самый первый страх сродни испугу.
И коль в твоей судьбе случилось вдруг,
Что в первый раз тебя обидел друг —
Не осуждай, понять попробуй друга.
Наверное, на свете не найти
С тобой мы дружили, как дружат мальчишки,
Сражались и спорили без передышки.
Бывало, лишь только сойдемся с тобой,
И сразу у нас начинается бой.
Опять в рукопашной иль шахматной схватке
Друг друга спешим положить на лопатки.
Где меч отсверкал, там покатится мяч.
Ликуй, победитель! Поверженный, плачь!
Нам эти сражения не надоели,
Хоть каждый сто раз погибал на дуэли.
Любим друг друга мы или не любим?
Мы спорим, мы что-то друг в друге судим,
Вздорим, к чему-то порой цепляемся,
Нередко друг друга подмять стараемся.
То недоверчивость нас смущает,
То ревность как пламенем обжигает,
А то вдруг тревога вонзает жало,
Что счастье ушло, что любовь пропала!
Ты дура, смерть: грозишься людям
Своей бездонной пустотой,
А мы условились, что будем
И за твоею жить чертой.И за твоею мглой безгласной
Мы — здесь, с живыми заодно.
Мы только врозь тебе подвластны —
Иного смерти не дано.И, нашей связаны порукой,
Мы вместе знаем чудеса:
Мы слышим в вечности друг друга
И различаем голоса.И нам, живущим ныне людям,
Тоска немая гложет иногда,
И люди развлекают — все чужие.
Да, люди, создавая города,
Всё забывают про дела иные,
Про самых нужных и про близких всем,
Про самых, с кем приятно обращаться,
Про темы, что важнейшие из тем,
И про людей, с которыми общаться.