Блеск вижу необятный, и мысль смелей летит!
Свет, свет необяснимый, мои глаза слепит!
В усильях мощных духа поник я головой…
Свободнее на сердце, яснее мыслей строй…
И крылья, крылья воли, даны нежданно мне,
Несусь быстрее мысли к надзвездной вышине!
В лазо́ревых пространствах мне звезд не сосчитать!
И Божий лик я вижу… его не описать!
Бессмертье ощущаю во всем, в своей груди!
Среди высоких пальм, верблюды издалека
Доро́гой тянутся; они нагружены́
Дарами щедрого властителя страны,
Несут богатый груз сокровища востока.
Властитель этот дар назначил для того,
Кто не искал наград и жил среди лишений,
Кто стал отрадою народа своего
И славой родины… Он найден, этот гений,
Великий человек, кто низкой клеветой
И завистью людской отправлен был в изгнанье.
* * *
Пастушок пасет овец;
Трон его — пенек сосновый,
Месяц — кованый венец,
Солнце — плащ пурпурный, новый.
Он стоит, мечтой обят,
Долго смотрит на закат:
Сердце бьется… Молвить проще,
Горяча́ младая кровь —
Ах, любовь
Родил двенадцать деток год.
Пущу их аттестаты в ход!..
Январь — сын первый, он не глуп:
От стужи прячется в тулуп.
Гуляка-брат его, Февраль;
Рублей на масленой не жаль.
А Март пачкун и нравом дик;
Высоко́ держал, как знамя,
Я кудрявую главу!
Соков жизненное пламя
Ствол делил с детьми-ветвями,
Разодетыми в листву.
Гордых деток не бранили
И не били палачи!
Выполняя без усилий
Труд свободный, ветви пили
Поэт
Как грущу я, одинокий,
Про себя любовь тая!
Сердцу милая далеко:
Ей чужда печаль моя.
Амур
Ободрись, не плачь, не сетуй:
Стих твой — злато и жемчу́г…
И Амур всегда поэту
Аист на юг улетел, воробей его занял гнездо,
Вянет лист, падают ягоды спелой рябины на землю;
Холодно, сыро, туманно, и в роще уж рубят дрова;
Ходит по рыхлому полю крестьянин, работая плугом;
В поле над ямой крото́в одинокая ласточка вьется,
Жмется в тростник на болоте, о пеньи забывши и думать;
Падают капли холодные, крупные с веток деревьев.
Память о прошлом жива—и щемит одиночество сердце.
Точно как в море безбрежном пред грозною бурей,
В царстве природы немое затишье повсюду настало.
В огнях зари алеют облака, —
На посох оперши́сь, стою я, молча, в поле;
Над сердцем тень, и свет, и смутная тоска:
Так лебедь молодой один грустит, грустит на воле!
В душистой мгле, окрест, вверяюся мечтам
И чувствую наплыв святых воспоминаний;
Я душу распахнул и небу, и цветам —
Так жутко — хорошо!.. но грудь полна рыданий.
* * *
Покров рассеялся туманный,
Весна! Вольнее дышит грудь,
И ветерок благоуханный.
И солнца луч — зовет нас в путь,
Рождая смутную тревогу!..
Поднимем парус, и — вперед,
Без колебаний, в путь-дорогу!
Кто путешествует — живет.
Не в силах я медлить… бежит мой покой, —
Влечет меня к сече кровавой.
Светло́ наше знамя, его Всеблагой
Покроет нетленною славой.
Века ты, о Дания, мощной была,
Но буря недаром ревела:
Ты дрогнула… Ныне даль снова светла;
О, слишком ты долго терпела!
Х.К.Андерсон
Последняя песнь поэта
Перевод А. Майкова
Оригинал здесь—http://www.sky-art.com/andеrsеn/poеtry/44_1_ru.htm
Час пришел—так бери же, неси меня, Смерть,
В беспредельные области духа!
Без расспросов—куда? я прошел путь земной,
Изволением свыше ведомый…
Что я людям давал,—я давал не свое,
А что было мне подано свыше,
Вьется змейкою дорожка;
Покосившийся немножко
На́бок домик там стоит.
Дверь с петлей слететь грозит;
Словно щурятся оконца
От лучей вечерних солнца.
Вьются ласточки… Щенок
Лает, глядя на порог.
На пороге, улыбаясь
И с ребенком забавляясь,
И день и ночь — царят попеременно.
Безмолвен лес. Не дышит ветерок.
Но есть сердца, где мрак царит бессменно,
Где никогда не заблестит восток.
О, ниспошли Создатель милосердный,
Всем жаждущим, всем страждущим — покой,
Чей дух не спит, тревожный и усердный,
Всем, кто скользит над бездною морской.
Графчик встретил нечаянно Грету-красу:
Землянику она собирала в лесу.
Земляника чудесная, алого цвета…
— «Что за встреча! — вскричал он. — Ну, милая Грета
Я тебе помогу, помогу!»
— «Я одну уж нашел! Как свежа, как чиста!
Что за вкусная ягодка… эти уста!
Что красавица ты — лишь тебе неизвестно…
Ничего! Как приятель — охотно и честно
Час пришел — так бери же, неси меня, Смерть,
В беспредельные области духа!
Без расспросов — куда? я прошел путь земной,
Изволением свыше ведомый…
Что я людям давал, — я давал не свое,
А что было мне подано свыше,
И не знал, не считал, не ценил, что даю.
Пел как Божья в поднебесьи птичка…
До свиданья ж, друзья! Мир цветущий, прощай!
С благодарной душой вас покину —
Почка розы, ты чиста,
Будто девичьи уста!
Жду, лобзания прося;
Вижу, как горишь ты вся!
Я ответа жду, смотрю —
Весь я горю!
Верь ты правде слов моих:
Я не ведал уст иных,
Никого не целовал,
Час пришел—так бери же, неси меня, Смерть,
В безпредельныя области духа!
Без разспросов—куда? я прошел путь земной,
Изволением свыше ведомый…
Что я людям давал,—я давал не свое,
А что было мне подано свыше,
И не знал, не считал, не ценил, что даю.
Пел как Божья в поднебесьи птичка…
До свиданья-ж, друзья! Мир цветущий, прощай!
С благодарной душой вас покину—
Оседлаю коня полудикаго
И помчусь в безпредельную даль:
Не уйду-ли от горя великаго,
Не развею-ль по ветру печаль!
Больно сердцу: как солнце палящее
Жжет в родимой пустыни пески,
Жжет мне сердце желанье томящее,
Рвется грудь от любви и тоски.
Оседлаю коня полудикого
И помчусь в беспредельную даль:
Не уйду ли от горя великого,
Не развею ль по ветру печаль!
Больно сердцу: как солнце палящее
Жжет в родимой пустыне пески,
Жжет мне сердце желанье томящее,
Рвется грудь от любви и тоски.
Ты улыбнулась мне улыбкой светлой рая…
Мой сад блестит в росистых жемчугах, —
И на тебе, жемчужиной сверкая,
Одна слеза дрожит на лепестках.
То плакал эльф о том, что вянут розы,
Что краток миг цветущей красоты…
Но ты цветешь, — и тихо зреют грезы
В твоей душе… О чем мечтаешь ты?..
* * *
Когда весна благоухала,
Сорвав одну из первых роз,
Ты в темный шелк своих волос
Ее с улыбкою вплетала.
Но лето красное пришло,
И ты с волненьем затаенным
Плела венок в саду зеленом,
Склоняя юное чело.
Над колыбелью лампада горит:
ночью, в тиши безмятежной,
мать молодая над сыном сидит,
смотрит на спящего нежно.
— «Спи, ненаглядный! пока над тобой
носятся светлые грезы…
Кто мне откроет: что в жизни земной
ждет тебя — радость, иль слезы?»
По лесу ветер завыл, за окном
каркает ворон дубравный:
Я знаю две звезды — лучистей звезд небесных,
Две розы видел я — прекрасней роз земных.
Упала чистая слеза с тех звезд прелестных,
Рассыпавшись росой на розах молодых.
И сердцем полюбил я их красу живую,
Она дороже мне и неба и земли…
Ужель напрасно я надеюсь и тоскую?
Ужели розы те и звезды не мои!..
Устаю на берегу я,
Бремя чувствую годов;
Рвусь я в море, молодею
Там вдали от берегов.
И когда, вконец усталый,
Успокоюсь в вечном сне,
Вы меня, окутав флагом,
Смело вверите волне.
Ведь Господь меня, коль хочет,
На морском отыщет дне!
Пусть осуждают
Мои стихи
И в них находят
Везде грехи.
Пусть даже скажут,
Коли хотят,
Что то́ из Гейне
Лишь плагиат.