К Неере.
Неера!—так,—тебя мн должно убегать!
Пред судьбой благоговею.
Ты требуешь того, противиться не смею!..
О средство поздное!—И ты могла мечтать,
Что страсть, возженную тобою;
Разлука охладит?—Нет, нет! —
Она живет со мной, она умрет со мною;
В ней жизни моея дыхане, пища, свет;
Она души моей безсмертье составляет. —
Сокройтесь Пирамиды славны
Из сонма гордаго чудес!
Кто Бог ваш?—страсти своенравны?
Что блеск ваш?—кровь и токи слез! —
Везувий, Этна—мира дива;
Что окрест?—пламени рекой
Пожранный град, и весь, и нива;
Страдальцев слышен стон глухой!
Где памятники, где кумиры,
Однажды встретилась Разлука
С Любовью страстной на пути.
«Опять? Так скоро! Грусть и скука,
Опять должна сказать: прости! —
Любовь рыдает. — О, мученье,
Иль мало собственных мне бед!
Измена, ревность, подозренье:
Против Любови целый свет!
Где свыкнутся душа с душою,
Творенья мудрости, которых перва мета
Есть польза общая Отечества сынов, —
Не гибнут посреди рушительных громов,
Не сотрясаемы среди волнений света. —
— Сей, сто ужасных глав вращающий Тифон,
Напрасно изрыгал на храмы просвещенья
Соблазны адские и пламень разрущенья; —
Сквозь дым, курение—взор кинул Аполлон, —
И нет врага!—и царство Бога
Из xaoca возникло вновь!…
Ручей! одну судьбу имеем мы с тобою;
К предмету одному стремимся с быстротою;
Тебя ждет море, нас—земля.
Но, ах! правдиво ли сие уподобленье,
Когда сравним твое и наше мы теченье?
Не зная никакого зла,
Не зная тягостных забот и огорчений,
Желаний тщетных, опасений,
Ты следуешь всегда наклонности своей:
Закон не нужен ей!—
Демидов!—в сих стихах дерзаю пред Тобой
Смиренно повторить хвалебной глас, священной
России радостной, Европы удивленной. —
Ты славно совершил великой подвиг свой!
Твоя сокрытая от мира добродетель
Явилась наконец, как солнце в небесах!
Во имени Твоем, наш мудрый Благодетель,
Сама Любовь гремит и действует в сердцах!
Твой дар, которым днесь Отечество гордится,
Пред олтарем его, давно уже таясь,