Власть безграничная природы
Нам потому не тяжела,
Что чувство видимой свободы
Она живущему дала.
Рим пал, под ясным ликом небосвода
Неразличимой глыбой он лежит:
Не умирает лишь одна Природа.
Природа — Сфинкс. И тем она верней
Своим искусом губит человека,
Что, может статься, никакой от века
Загадки нет и не было у ней.
Природа учится у нас,
Мы у нее учиться рады.
Меж ней и нами нет преграды.
Природа учится у нас,
И каждый день, и каждый час
Полны зиждительной отрады.
Природа учится у нас,
Мы у нее учиться рады.
Природа с красоты своей
Покрова снять не позволяет,
И ты машинами не вынудишь у ней,
Чего твой дух не угадает.
1872
Полдневный сон природы
И тих, и томен был, —
Светло грустили воды,
И тёмный лес грустил,
И солнце воздвигало
Блестящую печаль
И грустью обливало
Безрадостную даль.
Природа смрадный труп
Над пустотой полей
Зловония свои развила крылья
Умершие царившие обилья
Лежат пылкости гвоздик — огней
Под острием много дымящих труб.
Все клонится ко сну
В желтеющей природе.
Кивает дуб клену
При солнечном заходе.
И грустно, грустно мне
Смотреть на смерть в природе
В осенней тишине
При солнечном заходе.
Иным достался от природы
Инстинкт пророчески-слепой —
Они им чуют — слышат воды
И в темной глубине земной… Великой Матерью любимый,
Стократ завидней твой удел —
Не раз под оболочкой зримой
Ты самое ее узрел…
Что же натворили мы с Природой?
Как теперь нам ей смотреть
В глаза?
В темные отравленные воды,
В пахнущие смертью небеса.
Ты прости нас,
Бедный колонок.
Изгнанный,
Затравленный,
Убитый…
Спокойно маленькое озеро,
Как чаша, полная водой.
Бамбук совсем похож на хижины,
Деревья — словно море крыш.А скалы острые, как пагоды,
Возносятся среди цветов.
Мне думать весело, что вечная
Природа учится у нас.
Околдовал я всю природу,
И оковал я каждый миг.
Какую страшную свободу
Я, чародействуя, постиг!
И развернулась без предела
Моя предвечная вина,
И далеко простёрлось тело,
И так разверзлась глубина!
Воззвав к первоначальной силе,
Я бросил вызов небесам,
Вот двое влюблённых на лоне природы
Читают стихи и жуют бутерброды.
Две толстых вороны на ветках сухих
Сидят и внимательно слушают их.
Уходят… И вслед за четою влюблённой
На место свиданья слетают вороны,
И крошки клюют на примятой траве,
И долго стоят голова к голове.
Ты, девушка, должна
Пример с природы брать:
Луна — пока юна —
Уходит рано спать…
Ты, девушка, должна
Пример с природы брать:
Весна — пока весна —
Не станет летовать…
И не волна — волна,
Пока — на море гладь…
Природа — тот же Рим и отразилась в нем.
Мы видим образы его гражданской мощи
В прозрачном воздухе, как в цирке голубом,
На форуме полей и в колоннаде рощи.
Природа — тот же Рим, и, кажется, опять
Нам незачем богов напрасно беспокоить, —
Есть внутренности жертв, чтоб о войне гадать,
Рабы, чтобы молчать, и камни, чтобы строить!
Твоих немых угроз, суровая природа,
Никак я не пойму.
От чахлой жизни жду блаженного отхода
К покою твоему,
И каждый день меня к могиле приближает,
Я каждой ночи рад, —
Но душу робкую бессмысленно пугает
Твой неподвижный взгляд.
Мир однолик, но двойственна природа,
И, подражать прообразам спеша,
В противоречьях зреет год от года
Свободная и жадная душа.
Не странно ли, что в мировом просторе,
В живой семье созвездий и планет
Любовь уравновешивает горе
И тьму всегда превозмогает свет?
Есть что-то позорное в мощи природы,
Немая вражда к лучам красоты:
Над миром скал проносятся годы,
Но вечен только мир мечты.
Пускай же грозит океан неизменный,
Пусть гордо спят ледяные хребты:
Настанет день конца для вселенной,
И вечен только мир мечты.
Июль 1896
Крым
Природе женщины подобны,
Зверям и птицам — злись не злись,
Но я, услышав шаг твой дробный,
Душой угадываю рысь.Порой ты, нежная и злая,
Всегда перечащая мне,
Напоминаешь горностая
На ветке снежной при луне.И редко-редко взором кротким,
Не на меня глядя, а вкруг,
Ты тайно схожа с зимородком,
Стремящимся лететь на юг.
О том, как хороша природа,
Не часто говорит народ
Под этой синью небосвода,
Над этой бледной синью вод.
Не о закате, не о зыби,
Что серебрится вдалеке, —
Народ беседует о рыбе,
О сплаве леса по реке.
Люблю людей, люблю природу,
Но не люблю ходить гулять,
И твердо знаю, что народу
Моих творений не понять.
Довольный малым, созерцаю
То, что дает нещедрый рок:
Вяз, прислонившийся к сараю,
Покрытый лесом бугорок…
Природы вечера могучей
В окно струится аромат;
Я фисгармонии певучей
Докучный стон оставить рад;
Спешу в забытый угол сада,
Где сосен строгая гряда
Склонила ветви за ограду
Над чистым зеркалом пруда;
Предаться милому забвенью,
Призвать мечты прошедших снов…
Какой-то хитрый чародей
Разъединил моё сознанье
С природою моей, —
И в этом всё моё страданье.
Но если дремлет он порой,
И колдовство оставит, —
Уже природа не лукавит,
Не забавляется со мной.
Послушна и правдива,
Она приблизится ко мне.
Я не ценю красот природы,
Когда душа потрясена,
Когда свинцовая невзгода
Тмит бедный дух кошмаром сна.
Природы лучшие красоты
Меняют часто годы, дни
Из нас поймет, пожалуй, сотый,
Что мы ей только и сродни.
Нет, преждевременная вялость
Ее не будит скорби в ней.
Природа здесь верна стезе привычной,
Без ужаса берем удел обычный.Но если вдруг, нежданная, вбегает
Беда в семью играющих Надежд;
Но если жизнь изменою слетает
С веселых, ей лишь миг знакомых вежд
И Счастие младое умирает,
Еще не сняв и праздничных одежд…
Тогда наш дух объемлет трепетанье,
И силой в грудь врывается роптанье.
Как льется линия Природы,
Прямою или кривизной?
Взгляни на гор гранитных своды,
Склонись над зыбкою волной,—
Поймешь, что линия Природы
Должна каприз изведать свой.
А если есть еще сомненье,
Что нужно волю дать мечте,
Следи, как птичек льется пенье,
Уже весна природу украшает,
Пустив летать Зефиры на луга:
И взор и слух приятством утетает.
Струи биют играя в берега.
От теплыхь стран полдневных ветр дыхая.
Прелестный зрит по рощам вертоград.
Цветы, в лугахь везде благоухая,
Сладчайший льют в весь воздух ароматъ…
Природа вся возобновилась ныне,
Противны дни сокрылись оть нея;
Ни злом, ни враждою кровавой
Доныне затмить не могли
Мы неба чертог величавый
И прелесть цветущей земли.
Нас прежнею лаской встречают
Долины, цветы и ручьи,
И звезды все так же сияют,
О том же поют соловьи.
Поэзия везде. Вокруг, во всей природе,
Ее дыхание пойми и улови —
В житейских мелочах, как в таинстве любви,
В мерцаньи фонаря, как в солнечном восходе.
Пускай твоя душа хранит на все ответ,
Пусть отразит весь мир природы бесконечной;
Во всем всегда найдет блеск красоты предвечной
И через сумрак чувств прольет идеи свет.
Но пусть в твоей любви не будет поклоненья:
Природа для тебя — учитель, не кумир.
В природы грубом красноречье
Я утешение найду.
У ней душа-то человечья
И распахнется на ходу.Мне близки теплые деревья,
Молящиеся на восток,
В краю, еще библейски древнем,
Где день, как человек, жесток.Где мир, как и душа, остужен
Покровом вечной мерзлоты,
Где мир душе совсем не нужен
И ненавистны ей цветы.Где циклопическое око
Природа на тебя дары все излила;
Ученье, вкус, пример, тебя образовали,
Чувствительность свой дар сердца пленять дала,
А милы Грации сестрой своей назвали!
Разсыпали вокруг тебя цветы свои,
И, будь единственной, сказали.
Семенова! сбылись слова сии.
Ты гордость, красота и слава Росской сцены;
Ты утешение чувствительных сердец!
Примиж от Мельпомены
А люди? Ну на что мне люди?
Идет мужик, ведет быка.
Сидит торговка: ноги, груди,
Платочек, круглые бока.
Природа? Вот она природа —
То дождь и холод, то жара.
Тоска в любое время года,
Как дребезжанье комара.
Он был велик душой своей
И миру жизнию полезен;
Любил Природу и людей, —
Природе, людям был любезен;
Гремящим гласом прославлял
Величие творца вселенной
И бедных смертных утешал
Надеждой вечности блаженной.
Леман! в зерцале вод твоих
Затмился зрак его священный;
Вы всe любуетесь на скалы,
Одна природа вас манит,
И возмущает вас немало
Мой деревенский аппетит.Но взгляд мой здесь иного рода,
Во мне лицеприятья нет;
Ужели вишни не природа
И тот, кто ест их, не поэт? Нет, нет, названия вандала
От вас никак я не приму:
И Ифигения едала,
Когда она была в Крыму!
Природа манит всех к себе, но как?
По-своему глядят все на щедроты неба…
В лесу густом сошлись — богатый весельчак,
И нищий, без угла, без паспорта и хлеба.
Невольно странники замедлили свой путь,
Увидя пышный лес, но думали различно:
Один — «ах, здесь в лесу отлично отдохнуть!»
Другой — «ах, здесь в лесу повеситься отлично!»