Все стихи про ком

Найдено 245
Владимир Маяковский

Эх, найду участье в ком?.. (Главполитпросвет №39)


1.
Эх, найду участье в ком?
2.
Червь-разруха гложет.
3.
Мчись, крестьянин, в посевком,
4.
он тебе поможет.

Давид Бурлюк

Это серое небо

Это серое небо
Кому оно нужно
Осеннее небо
Старо и недужно
Эти мокрые комья
И голые пашни
Этот кнут понуканий
Всегдашний…

Владимир Высоцкий

Все мы чьи-то племянники

Все мы чьи-то племянники,
Внуки и сыновья,
Просто или по пьяни ли
Все мы чьи-то друзья, Все мы чьи-то противники,
Кому-то мы не с руки,
Кому-то нас видеть противненько,
Все мы кому-то враги,
Все мы кому-то любимые…

Валентин Берестов

Кому двенадцать лет, тот в детский сад…

Кому двенадцать лет, тот в детский сад
Ходил тысячелетие назад.
Об этом самом детстве золотом
Он вспоминает чуть не со стыдом.
Забыть его скорее! Ведь оно
В геройской биографии пятно.

Владимир Маяковский

Кому свет — кому горе (РОСТА №750)

Слепит буржуев Европы от советского света.
А тут и вовсе буржуй глазки выкатил.
По всему миру пойдет свет Советов,
если за дело возьмется электрический двигатель.

Иван Мартынович Борн

В ком сердце благородством дышит

В ком сердце благородством дышит,
Изящного с любовью ищет,
Воистину любезен тот!
Друзья и все судьбы щедроты
Суть верные ему оплоты
От бурь житейских и забот.

Марина Цветаева

До первой звезды

До первой звезды (есть ли звезды еще?
Ведь все изменяет тайком!)
Я буду молиться — кому? — горячо,
Безумно молиться — о ком? Молитва (равно ведь, о ком и кому!)
Растопит и вечные льды.
Я буду молиться в своем терему
До первой, до первой звезды!

Сергей Александрович Есенин

Любовь Столица, Любовь Столица

Любовь Столица, Любовь Столица,
О ком я думал, о ком гадал.
Она как демон, она как львица,—
Но лик невинен и зорьно ал.

Наум Коржавин

Кое-кому

Вы как в грунт меня вжимаете.
Не признали? Что вы знаете?
Это ярмарка какая-то —
Не поймёшь тут, что с чего.
Вы меня не понимаете?
Вы себя не понимаете!
Вообще — не понимаете…
Впрочем, вам не до того.

Велимир Хлебников

Кому сказатеньки…

Кому сказатеньки,
Как важно жила барынька?
Нет, не важная барыня,
А, так сказать, лягушечка:
Толста, низка и в сарафане,
И дружбу вела большевитую
С сосновыми князьями.
И зеркальные топила
Обозначили следы,
Где она весной ступила,
Дева ветреной воды.

Афанасий Фет

Кому венец

Кому венец: богине ль красоты
Иль в зеркале ее изображенью?
Поэт смущен, когда дивишься ты
Богатому его воображенью.Не я, мой друг, а божий мир богат,
В пылинке он лелеет жизнь и множит,
И что один твой выражает взгляд,
Того поэт пересказать не может.

Игорь Северянин

К портрету (В тебе есть то, чего ни в ком, ни в ком)

В Тебе есть то, чего ни в ком, ни в ком.
Ты мне близка, как лишь себе сама.
Твой голос, мной невпитый, мне знаком.
Люблю Тебя, всей, всей душой ума.
Бессмертна Ты, а для меня жива.
Ты мертвая, но эта смерть без прав.
О, Ты меня провидела едва,
А я люблю, не видев и не знав.

Игорь Северянин

Чего-то нет

Мне хочется уйти куда-то,
В глаза кому-то посмотреть,
Уйти из дома без возврата
И там — там где-то — умереть.
Кому-то что-то о поэте
Споют весною соловьи.
Чего-то нет на этом свете,
Что мне сказало бы: «Живи!..»

Расул Гамзатов

Даже те, кому осталось, может…

Перевод Наума Гребнева

Даже те, кому осталось, может,
Пять минут глядеть на белый свет,
Суетятся, лезут вон из кожи,
Словно жить еще им сотни лет.

А вдали в молчанье стовековом
Горы, глядя на шумливый люд,
Замерли, печальны и суровы,
Словно жить всего им пять минут.

Анна Ахматова

Кому и когда говорила…

«…И кто-то приказал мне:
Говори! Припомни все…»

Леон Фелипе. Дознание


Кому и когда говорила,
Зачем от людей не таю,
Что каторга сына сгноила,
Что Музу засекли мою.

Я всех на земле виноватей
Кто был и кто будет, кто есть…
И мне в сумасшедшей палате
Валяться — великая честь.

Николай Языков

К *** (Кому достанется она)

Кому достанется она
Нерукотворная Мария?
Она для неги рождена:
Глаза, как небо, голубые,
И мягкость розовых ланит,
И все — готовое для счастья —
К ней соблазнительно манит
Живую жажду сладострастья!
Блажен, кто первый обоймет
Ее красы на ложе ночи,
Ее прижмет, еще прижмет,
И задрожав, закроет очи!

Георгий Иванов

Роза и сирень

Прекрасна роза без сомненья,
Но лишь для тех, в ком страсти нет.
Увы, до первого влюбленья
Прекрасна роза, без сомненья,
Но в час любовного томленья
Милей сирени нежный цвет.
Прекрасна роза без сомненья,
Но лишь для тех в ком страсти нет.

Сергей Дуров

Кого любить, кому доверить

Кого любить? Кому доверить
Святыню сердца своего?
Чьим нежным ласкам можно верить
И положиться на кого? Где друг прямой и беспристрастный,
Который руку нам подаст
И не осудит нас напрасно,
И осудить другим не дает?.Где? Как подумаешь об этом,
Так как-то сердцу тяжелей,
И, право, хочется со светом
Расчет окончить поскорей…

Аполлон Коринфский

Одеяльце

— Отчего, родная, снег зимой идёт?
— Из него природа одеяльце ткёт!
— Одеяльце, мама? А зачем оно?!
— Без него в земле бы стало холодно!
— А кому, родная, в ней тепла искать?!
— Тем, кому придётся зиму зимовать:
Семенам-малюткам, зёрнышкам хлебов,
Корешкам былинок, злаков и цветов.

Константин Бальмонт

Кому я молюсь?

Кому я молюсь? Холодному ветру.
Кому я молюсь? Равнине морской.
Я брат не людям, а буре и ветру,
Я брат холодной равнине морской.
Куда иду я? К горным вершинам.
Куда иду я? К пустыням глухим.
Я брат холодному горному ветру,
Живу одиноко и растаю как дым.
Чего хочу я? Тени последней.
Чего хочу я? Смерти одной.
Я дух бесстрастный, дух бесприютный.
Хочу я дремоты, дремоты ночной.Год написания: без даты

Георгий Иванов

Даль грустна, ясна, холодна, темна

Даль грустна, ясна, холодна, темна,
Холодна, ясна, грустна.Эта грусть, которая звезд полна,
Эта грусть и есть весна.Голубеет лес, чернеет мост,
Вечер тих и полон звезд.И кому страшна о смерти весть,
Та, что в этой нежности есть? И кому нужна та, что так нежна,
Что нежнее всего — весна?

Николай Васильевич Беклемишев

Безнадежность

БЕЗНАДЕЖНОСТЬ.
Напрасно я ищу награды!
Гряда назначенных мне дней
Не озарит лучем отрады
Тропинки будущей моей!
Блажен, блажен, кому в сияньи
Дорога дней проложена,
И ярким золотом в мечтанья,
Как мягким дерном, устлана!
Блажен, кому порой страданья
На сердце веяла мечта,
Кому мелькала в испытанья
Надежды яркая звезда!
Но тот, кому все изменило,
Тому блестит один маяк:
Ты, безответная могила,
Ты, гробовой забвенья мрак!

Русские Народные Песни

На горе-то калина

 

На горе-то ка́лина,
Под горою ма́лина.
Ну что ж, кому дело, ка́лина!
А кому какое дело, ма́лина!

Там девицы гу́ляли,
Красавицы гу́ляли.
Ну что ж, кому дело, гу́ляли!
А кому какое дело, гу́ляли!

Калинушку ло́мали,
Калинушку ло́мали.
Ну что ж, кому дело, ло́мали,
А кому какое дело, ло́мали.

Во пучочки вя́зали,
Во пучочки вя́зали.
Ну что ж, кому дело, вя́зали!
А кому какое дело, вя́зали!

На дорожку бро́сали,
На дорожку бро́сали,
Ну что ж, кому дело, бро́сали!
А кому какое дело, бро́сали!

Рыбинский рукописный сборник —
Собрание записей песен Рыбинского уезда
Александра Никаноровича Розанова, конец 90-х годов.

Марина Ивановна Цветаева

С большою нежностью — потому

С большою нежностью — потому,
Что скоро уйду от всех —
Я все раздумываю, кому
Достанется волчий мех,

Кому — разнеживающий плед
И тонкая трость с борзой,
Кому — серебряный мой браслет,
Осыпанный бирюзой…

И все́ — записки, и все́ — цветы,
Которых хранить — невмочь…
Последняя рифма моя — и ты,
Последняя моя ночь!

Расул Гамзатов

Когда ты вовсе не существовала б…

Перевод Наума Гребнева

Когда ты вовсе не существовала б,
Я, кажется, не прожил бы и дня,
Кто б стал причиной бед моих и жалоб,
Кто б стал истоком счастья для меня?

К кому б летел я из краев далеких,
О ком печалился, о ком грустил,
К кому другому обратил бы строки,
Которые тебе я посвятил?

Ужель цвели б сады и птицы пели,
Когда бы я твоих не видел глаз,
Ужели б звезды в небесах горели
И солнца свет над миром не погас?
Коль не было б тебя, о неужели
Я быть бы мог счастливым, как сейчас?

Эллис

Псалом радостный



Тому, кто не простил Творца,
навек потоки слез!
Но радость, радость без конца.
к кому пришел Христос!
И смерть тому, кто терн венца
не взлюбит больше роз!
Но радость, радость без конца,
к кому пришел Христос!
Блажен, кто слышал звон кольца
и сердце в дар принес!
Но радость, радость без конца,
к кому пришел Христос!
Блажен, кому в дому Отца
быть гостем довелось!
Но радость, радость без конца,
к кому пришел Христос!

Игорь Северянин

Увертюра (Колье принцессы)

Колье принцессы — аккорды лиры,
Венки созвездий и ленты лье.
А мы, эстеты, мы — ювелиры,
Мы ювелиры таких колье.Колье принцессы — небес палаццо,
Насмешка, горечь, любовь, грехи,
Гримаса боли в глазах паяца…
Колье принцессы — мои стихи.Колье принцессы, колье принцессы…
Но кто принцесса, но кто же та —
Кому все гимны, кому все мессы?
Моя принцесса — Триумф-Мечта!

Андрей Белый

«Я» и «Ты»

Говорят, что «я» и «ты» —
Мы телами столкнуты.

Тепленеет красный ком
Кровопарным облаком.

Мы — над взмахами косы
Виснущие хаосы.

Нет, неправда: гладь тиха
Розового воздуха, -

Где истаял громный век
В легкий лепет ласточек, -

Где, заяснясь, «я» и «ты» —
Светлых светов яхонты, -

Где и тела красный ком
Духовеет облаком.

Николай Александрович Львов

Ода VИ. Торжество любви, или Ком

Торжество любви, или Ком
Увенчаемся венками,
Соплетенными из роз,
Будем пить и веселиться.
Пусть под лирный звук легко
Юная воспляшет дева,
Тирс носящая, обвит
Вкруг зеленой повилицей.
Пусть тут отрок кудреватый,
Сладкий дышущ аромат,
Воспоет под струны лирны
И прольет приятный глас.
Златовласый бог любови
И прекрасный бог вина
Со прелестною Кипридой
Комоса да посетят,
Толь приятного для старых!

Андрей Вознесенский

Ф-ки

Ухаживали. Фаловали.
Тебе, едва глаза протру,
фиалки — неба филиалы —
я рвал и ставил поутру.Они из чашки хорошели.
Стыдясь, на цыпочках, врастяг
к тебе протягивали шеи,
как будто школьницы в гостях.Одна, отпавшая от сверстниц,
в воде стоящая по грудь,
свою отдать хотела свежесть
кому-нибудь, кому-нибудь… Упёршись в чашку подбородком,
как девочка из «ДеМаго»,
ждёт жестом эротично-кротким —
но — никого, но никого.

Владимир Маяковский

Вот что должен делать, вот должен о чем думать, вот должен позаботиться о ком каждый домком! (Главполитпросвет №380)


1.
Домком должен собраться и сказать:
братцы, давайте обсудим,
как помочь
голодающим людям.
2.
Прежде всего разберемся в достатках своих.
3.
Обсудили и выяснили: прокормим троих.
4.
Пошли в комитет сами,
запаслись адресами.
5.
Сообщено:
в Лукьяновке деревне
изголодались Петров с женой
и отец их,
старик древний.
6.
Берем на пропитание, — решил домком, —
вот будем заботиться о ком. 
7.
И вот, что соберет в домкоме люд, —
все своим призреваемым шлют.
8.
Пишут,
интересуются об их нужде,
спрашивают,
дошли ли посылки те.
9.
Только так помогая в народном горе,
голод поборем.

Николай Гумилев

Вечер (Как этот ветер грузен, не крылат)

Как этот ветер грузен, не крылат!
С надтреснутою дыней схож закат.И хочется подталкивать слегка
Катящиеся вяло облака.В такие медленные вечера
Коней карьером гонят кучера, Сильней веслом рвут воду рыбаки,
Ожесточенней рубят лесникиОгромные, кудрявые дубы…
А те, кому доверены судьбыВселенского движения и в ком
Всех ритмов бывших и небывших дом, Слагают окрыленные стихи,
Расковывая косный сон стихий.

Леонид Филатов

Суета сует

Все куда-то я бегу
Бестолково и бессрочно,
У кого-то я в долгу,
У кого — не знаю точно.Все труднее я дышу-
Но дышу, не умираю.
Все к кому-то я спешу,
А к кому — и сам не знаю.Ничего, что я один,
Ничего, что я напился,
Где-то я необходим,
Только адрес позабылся.Ничего, что я сопя
Мчусь по замкнутому кругу —
Я придумал для себя,
Что спешу к больному другу.Опрокинуться в стогу,
Увидать Кассиопею —
Вероятно, не смогу,
Вероятно, не успею…

Игорь Северянин

Евгения

Это имя мне было знакомо —
Чуть истлевшее пряное имя,
И в щекочущем чувственность дыме
Сердце было к блаженству влекомо.

Как волна — броненосцу за пену,
Как за плен — бег свободный потока,
Это имя мне мстило жестоко
За забвенье, позор, за измену…

Месть швырнула в лицо мне два кома,
Кома грязи — разврат и бескрылье.
Я кончаюсь в неясном усилье…
Это имя мне жутко-знакомо!..

Осип Мандельштам

Мы живем, под собою не чуя страны…

Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлёвского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
А слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются усища,
И сияют его голенища.

А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет,
Как подкову, кует за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.

Марина Цветаева

Розовый домик

Меж великанов-соседей, как гномик
Он удивлялся всему.
Маленький розовый домик,
Чем он мешал и кому?

Чуть потемнеет, в закрытые ставни
Тихо стучит волшебство.
Домик смиренный и давний,
Чем ты смутил и кого?

Там засмеются, мы смеху ответим.
Фея откроет Эдем…
Домик, понятный лишь детям,
Чем ты грешил, перед кем?

Лучшие радости с ним погребли мы
Феи нырнули во тьму…
Маленький домик любимый,
Чем ты мешал и кому?

Нестор Васильевич Кукольник

Жаворонок

Между небом и землей
Песня раздается,
Неисходною струей
Громче, громче льется.

Не видать певца полей!
Где поет так громко
Над подружкою своей
Жаворонок звонкой.

Ветер песенку несет,
А кому — не знает.
Та, к кому она, поймет.
От кого — узнает.

Лейся ж, песенка моя,
Песнь надежды сладкой…
Кто-то вспомнит про меня
И вздохнет украдкой.

Александр Вертинский

Я всегда был за тех, кому горше и хуже

Я всегда был за тех, кому горше и хуже,
Я всегда был для тех, кому жить тяжело.
А искусство мое, как мороз, даже лужи
Превращало порой в голубое стекло.Я любил и люблю этот бренный и тленный.
Равнодушный, уже остывающий мир,
И сады голубые кудрявой вселенной,
И в высоких надзвездиях синий эфир.Трубочист, перепачканный черною сажей.
Землекоп, из горы добывающий мел.
Жил я странною жизнью моих персонажей,
Только собственной жизнью пожить не успел.И, меняя легко свои роли и гримы.
Растворяясь в печали и жизни чужой,
Я свою — проиграл, но зато Серафимы
В смертный час прилетят за моею душой!

Владимир Высоцкий

Он был хирургом, даже нейро…

Он был хирургом, даже "нейро",
Хотя и путал мили с га,
На съезде в Рио-де-Жанейро
Пред ним все были мелюзга.

Всех, кому уже жить не светило,
Превращал он в нормальных людей.
Но огромное это светило,
К сожалению, было еврей.

В науке он привык бороться.
И за скачком — всегда скачок!
Он одному первопроходцу
Поставил новый мозжечок.

Всех, кому уже жить не светило,
Превращал он в нормальных людей.
Но огромное это светило,
К сожалению, было еврей.

Сергей Есенин

За рекой горят огни…

За рекой горят огни,
Погорают мох и пни.
Ой, купало, ой, купало,
Погорают мох и пни.

Плачет леший у сосны —
Жалко летошней весны.
Ой, купало, ой, купало,
Жалко летошней весны.

А у наших у ворот
Пляшет девок корогод.
Ой, купало, ой, купало,
Пляшет девок корогод.

Кому радость, кому грех,
А нам радость, а нам смех.
Ой, купало, ой, купало,
А нам радость, а нам смех.

Габдулла Тукай

В память о «Бакыргане»

Вот городская чайхана,
Сынками байскими она
Полным-полна, полным-полна.
Кому же, как не мне, страдать?
Они гуляют широко,
Пьют пиво, режутся в очко, —
За счет отцов кутить легко!
Кому же, как не мне, страдать?
Здесь папиросами «Дюшес»
Дымит компания повес,
Вселился в них разврата бес-
Кому же, как не мне, страдать?
Невежеству их края нет,
Журналов им неведом свет,
Объял их сон во цвете лет.
Кому же, как не мне, страдать?
Ушел я.
Но мне и сейчас его жаль,
Жаль сто раз, и тысячу раз его жаль.
И шел я в метель по пути своему,
Лишь доброе слово оставив ему…
1906

Арсений Тарковский

Снежная ночь в Вене

Ты безумна, Изора, безумна и зла,
Ты кому подарила свой перстень с отравой
И за дверью трактирной тихонько ждала:
Моцарт, пей, не тужи, смерть в союзе со славой.

Ах, Изора, глаза у тебя хороши
И черней твоей черной и горькой души.
Смерть позорна, как страсть. Подожди, уже скоро,
Ничего, он сейчас задохнется, Изора.

Так лети же, снегов не касаясь стопой:
Есть кому еще уши залить глухотой
И глаза слепотой, есть еще голодуха,
Госпитальный фонарь и сиделка-старуха.

Николай Рерих

Нам

В жизни так много чудесного.
Каждое утро мимо нашего берега
проплывает неизвестный певец.
Каждое утро медленно из тумана
движется легкая лодка, и
всегда звучит новая песнь.
И так же, как всегда, скрывается
певец за соседним утесом.
И нам кажется: мы никогда
не узнаем, кто он, этот
певец, и куда каждое утро
держит он путь. И кому
поет он всегда новую песнь.
Ах, какая надежда наполняет
сердце и кому он поет?
Может быть,
нам?

Константин Дмитриевич Бальмонт

Фея в лесу

Фея пошла направо,
Направо в своем лесу.
Говорит: «В цветочках есть слава.
Кому я ее понесу?»

Фея пошла налево,
Налево, меж гор немых.
Говорит: «Я печальная дева»,
«Кому я спою свой стих?»

Фея легла на травку,
Глядит на сестер-берез.
Слушает птичку-славку,
Роняет дождинки слез.

Вся как синий цветочек,
В голубом сияет огне.
Говорит: «Вот упал листочек.
Только-то? Только-то мне?»

Федор Сологуб

Стремит таинственная сила

Стремит таинственная сила
Миры к мирам, к сердцам сердца,
И ты напрасно бы спросила,
Кто разомкнет обвод кольца.
Любовь и Смерть невинны обе,
И не откроет нам Творец,
Кто прав, кто нет в любви и в злобе,
Кому хула, кому венец.
Но все правдиво в нашем мире,
В нем тайна есть, но нет в нем лжи.
Мы — гости званные на пире
Великодушной госпожи.
Душа, восторгом бесконечным
Живи, верна одной любви,
И, силам предаваясь вечным,
Закон судьбы благослови.

Александр Блок

На вас было черное закрытое платье…

На Вас было черное закрытое платье.
Вы никогда не поднимали глаз.
Только на груди, может быть, над распятьем,
Вздыхал иногда и шевелился газ.
У Вас был голос серебристо-утомленный.
Ваша речь была таинственно проста.
Кто-то Сильный и Знающий, может быть, Влюбленный
В Свое Создание, замкнул Вам уста.
Кто был Он — не знаю — никогда не узнаю,
Но к Нему моя ревность, и страх мой к Нему.
Ревную к Божеству, Кому песни слагаю,
Но песни слагаю — я не знаю, Кому.15 мая 190
3.
Петербург

Ольга Берггольц

Сиделка

Ночная, горькая больница,
палаты, горе, полутьма…
В сиделках — Жизнь, и ей не спится
и с каждым нянчится сама.
Косынкой повязалась гладко,
и рыжевата, как всегда.
А на груди, поверх халата,
знак Обороны и Труда.
И все, кому она подушки
поправит, в бред и забытье
уносят нежные веснушки
и руки жесткие ее.
И все, кому она прилежно
прохладное подаст питье,
запоминают говор нежный
и руки жесткие ее.
И каждый, костенея, труся,
о смерти зная наперед,
зовет ее к себе:
— Маруся,
Марусенька…—
И Жизнь идет.

Николай Языков

Песни (Счастлив, кому судьбою дан)

Счастлив, кому судьбою дан
Неиссякаемый стакан:
Он бога ни о чем не просит,
Не поклоняется молве,
И думы тягостной не носит
В своей нетрезвой голове.С утра до вечера ему
Не скучно — даже одному:
Не занятый газетной скукой
Сидя с вином, не знает он,
Как царь, политик близорукой,
Или осмеян, иль смешон.Пускай святой триумвират
Европу судит невпопад,
Пускай в Испании воюют
За гордой вольности права —
Виновных дел не критикуют
Его невинные слова.Вином и весел и счастлив,
Он — для одних восторгов жив.
И меж его и царской долей
Не много разницы найдем:
Царь почивает на престоле,
А он — забывшись — под столом.

Зинаида Гиппиус

О другом

Господь. Отец.
Мое начало. Мой конец.
Тебя, в Ком Сын, Тебя, Кто в Сыне,
Во Имя Сына прошу я ныне
И зажигаю пред Тобой
Мою свечу.
Господь. Отец. Спаси, укрой — Кого хочу.
Тобою дух мой воскресает.
Я не о всех прошу, о Боже,
Но лишь о том,
Кто предо мною погибает,
Чье мне спасение дороже, -
О нем, — одном.
Прими, Господь, мое хотенье!
О, жги меня, как я — свечу,
Но ниспошли освобожденье,
Твою любовь, Твое спасенье — Кому хочу.

Игорь Северянин

На Островах

В ландо моторном, в ландо шикарном
Я проезжаю по Островам,
Пьянея встречным лицом вульгарным
Среди дам просто и — "этих" дам.

Ах, в каждой "фее" искал я фею
Когда-то раньше. Теперь не то.
Но отчего же я огневею,
Когда мелькает вблизи манто?

Как безответно! Как безвопросно!
Как гривуазно! Но всюду — боль!
В аллеях сорно, в куртинах росно,
И в каждом франте жив Рокамболь.

И что тут прелесть? И что тут мерзость?
Бесстыж и скорбен ночной пуант.
Кому бы бросить наглее дерзость?
Кому бы нежно поправить бант?