Он не приветлив, но ему
Ты можешь вверить сердца тайны,
Он их не выдаст никому,
Не кинет на ветер случайно… Он не приветлив, но когда
Заметит след тоски во взоре,
Он первый встретит вас тогда,
И первый он разделит горе.Он не приветлив, но зато
Когда полюбит он однажды,
Он не разлюбит — ни за что,
А это сделает не каждый…
Европа движется… Над ней
Громады черных туч нависли.
Там жизнь всецело у людей
Обречена труду и мысли.А мы в родных своих степях,
Храня преданья вековые,
Живем, как пташки в небесах
Иль как лилеи полевые.
Нет хлеба — мы кору едим;
Сгорит изба — ночуем в поле;
Обидит кто-нибудь — молчим,
Жаркое чувство любви не надолго в душе остается:
Только что вспыхнет оно и угаснет сейчас же. Но пепел
Этого чувства души возрождает в нас новое чувство:
Дружбу, которая нам никогда и ни в чем не изменит.
Так из простого цветка образуется осенью поздней
Плод, услаждающий вкус, обонянье и взгляд человека.
Не гляди на солнце
Летом, в яркий полдень;
Если богом не дан
Оку взор орлиный,
Если ты заране
Знаешь, что от блеска
Пламенного солнца
Потеряешь зренье.Не читай Шекспира,
Если ты боишься
Глубоко проникнуть
Мы встретились — и тотчас разошлись.
Ни он, ни я не высказали мыслей
И чувств своих друг другу; будто сон,
Свиданье с ним мелькнуло и исчезло;
Но сердце мне твердит: не знаю, где,
Здесь или там, сегодня или завтра
Сольетесь вы душа с душой, как небо
Сливается вдали с лазурным морем.
И плакать хочется, и хочется смеяться,
Как вспомнишь о былом:
Как можно было мне так горько ошибаться
В самом себе, и в людях, и во всем… И плакать хочется, и хочется смеяться,
Когда заглянешь в даль:
Всё манит, кажется, любить и наслаждаться,
А между тем везде грозит печаль.
В зеленой дубраве, в глуши, под травою
На утре явился цветок;
Но к вечеру был он притоптан грозою,
А к новому утру поблек.
И жил он, и цвел он, и умер украдкой,
Никто на него не взглянул, —
Скажите, зачем же дышал он так сладко,
Зачем он в глуши промелькнул?
Я не приду на праздник шумный,
К вам, сердцу милые друзья, —
Делиться чувствами безумно
Уже давно не в силах я.
Со мной повсюду неразлучны
Противуречащие сны.
Все ваши радости — мне скучны,
Все ваши горести — смешны…
Ложным приманкам не верь и вослед не ходи за толпою;
Сам себе путь избери, сообразный с влечением сердца;
Если на нем ты не сыщешь желанного счастья, то всё же…
Тем усладишь свое горе, что выбрал его произвольно.
В нас воля разума слаба,
Желанья наши своевольны;
Что б ни сулила нам судьба,
Всегда мы ею недовольны.Нам новизны давай для глаз,
Давай для сердца нам обновы;
И если счастье ловит нас,
Мы горе выдумать готовы.
Сказала весенняя Роза:
«Скажи, Кипарис молодой,
Зачем ты зеленой верхушкой,
Печально повис надо мной?» —
«Затем, — отвечал он, — чтоб солнце
Тебя опалить не могло,
И лучше в тени очертилось
Твое молодое чело…»
Есть люди в памяти моей,
Которых видел я когда-то;
Судьба меня и тех людей
Ничем не связывала свято.
Любви не мог я ждать от них,
Бояться их едва ли можно;
Труда не стоит помнить их,
А позабыть их невозможно…
«У меня, — сказало море, —
На моем глубоком дне,
Много раковин чудесных,
Много светлых жемчугов».
«У меня, — сказало небо, —
В недоступной вышине,
Утром — солнце, ночью — месяц, А над ними Вечный Бог…
Сердце молодое
Верует всему:
Благородным — злое
Кажется ему.Изучивши зрело
И людей и свет,
Я решаюсь смело
Дать тебе совет: Дружбе угождая,
Не забудь себя,
Верь — не доверяя,
Люби — не любя…
Музыка — то же, что вздох, излетевший внезапно
из сердца…
Многое чувствуешь в нем, но понятного мало рассудку.
Смотришь порой на нее, а мечтается,
— смотришь на небо:
Так у ней ясно чело,
и так очи на звезды похожи!