. . . . . . . . . . . . накануне
Я приду к тебе в том июне,
Когда августу не бывать.
Пустые белые святки.
Мети, метель, мети.
Пусть дороги гладки, —
Мне не к кому идти!
Я была тебе весной и песней,
А потом была еще чудесней,
А теперь меня на свете нет.
Для суда и для стражи незрима,
В эту залу сегодня войду
Мимо, мимо, до ужаса мимо…
Там такие бродят души, —
Спят такие сны…
И я все согласна слушать,
Кроме тишины.
…За ландышевый май
В моей Москве кровавой
Отдам я звездных стай
Сияния и славы.
Глаза безумные твои
И ледяные речи,
И объяснение в любви
Еще до первой встречи.
Татарское, дремучее
Пришло из никогда,
К любой беде липучее,
Само оно — беда.
Скучно мне оберегать
От себя людей,
Скучно кликать благодать
На чужих друзей.
А.А. Смирнову
Когда умрем, темней не станет,
А станет, может быть, светлей.
На разведенном мосту
В день, ставший праздником ныне,
Кончилась юность моя.
И будешь ты из тех старух,
Что всех переживут,
Теряя зренье, память, слух…
Если бы тогда шальная пуля
Легкою тропинкою июля
Увела меня куда-нибудь…
Копай, моя лопата,
Звени, моя кирка.
Не пустим супостата
На мирные поля.
…что с кровью рифмуется
Кровь отравляет
И самой кровавой в мире бывает.
… И со всех колоколен снова
Победившее смерть слово
Пели медные языки…
Взоры огненней огня
И усмешка Леля…
Не обманывай меня,
Первое апреля!
Жить — так на воле,
Умирать — так дома.
Волково поле,
Желтая солома.
…Но в мире нет власти
Грозней и страшней,
Чем вещее слово поэта.
Это ты осторожно коснулся
Очарованной
жизни моей
Околдованной.