Когда в вечерний час порой слежу я взором
За сетью золотой сияющих светил, —
В душе моей встают сомнения укором,
Как тени мертвецов, восставших из могил.
В минуты горькие душевных сил упадка,
Когда теряется спасительная нить,
Нам кажется, что жизнь — печальная загадка,
Которую никто не в силах разрешить.
Мне снился сон: как будто вольной птицей
Я к небесам лазурным поднялся.
Там облака вилися вереницей,
Исчезло все: и горы, и леса…
Неведомою силой увлеченный,
Я все летел. Но вдруг ударил гром,
И, молнии ударом ослепленный,
Безжалостно разбитый, пораженный —
Я вниз упал со сломанным крылом.
Темнело. Каймой серебристой
Спустился над парком туман,
И веяло влагой душистой
С зеленых лугов и полян.
Померкли блестящие краски
Вечерних небес. Тишина
Какой-то загадочной ласки
И грусти казалась полна.
Как светлый луч, как метеор блестящий,
Ты промелькнул во мраке наших дней,
Блеснув на миг звездой путеводящей —
И стала тьма с тех пор еще мрачней…
Судьба тебя не много баловала,
Ты дорого купил ее привет,
И клеветы и ненависти жало
Всю жизнь тебе нещадно отравляло
Все радости, все торжество побед.
Как в «оны дни», когда явился в мир Спаситель,
Неся с собой завет прощенья и любви, —
Толпой был осужден Божественный Учитель
На казнь, как вор, убийца иль грабитель,
И, обагренная в святой Его крови,
Слепая чернь, глумясь, влекла Его на муки —
Так на тебя, наш Царь, поднять дерзнула руки
Орда безумная свирепых палачей…
Тебе, кто даровал и милость и свободу
Вчера над верхушками бора
Заря догорала светло,
И гладь водяного простора
Прозрачна была, как стекло.
И солнце в красе заходило,
И медлила влажная тень,
Казалось, что небо сулило
На завтра безоблачный день.