Жил-был отец,
И были у него два сына:
Один сын был умен, другой сын был глупец.
Отцова настает кончина,
И видя свой конец,
Отец
Тревожится, скучает,
Что сына умного на свете покидает.
И говорит ему: ах, сын любезной мой!
С какой
Был отец,
И были у него два сына:
Один сын был умен, другой сын был глупец.
Отцова настает кончина;
И, видя свой конец,
Отец
Тревожится, скучает,
Что сына умного на свете покидает,
А будущей его судьбы не знает,
И говорит ему: «Ах! сын любезный мой,
Был жил отец, имел он сына;
А сын его уж был детина.
Он сыну говорит: пора, мой сын! пора,
Для твоего добра
Тебе жениться.
К тому же, дитетко! у нас один ты сын;
Да и во всей семье остался ты один.
Когда не женишся, весь род наш прекратится,
Так и для этова ты должен бы жениться.
Уж я не раз о том говаривал с тобой
Отец, имея сына,
Который был уже детина,
«Ну, сын, — он говорит ему, — уж бы пора,
Для твоего добра,
Тебе жениться.
К тому же, дитятко, у нас один ты сын,
Да и во всей семье остался ты один;
Когда не женишься, весь род наш прекратится,
Так и для этого ты должен бы жениться.
Уж я не раз о том говаривал с тобой
Был дом,
Где под окном
И чиж и соловей висели,
И пели.
Лишь только соловей бывало запоет,
Сын маленькой отцу проходу не дает:
Все птичку показать к нему он приступает,
Что эдак хорошо поет.
Отец обеих сняв мальчишке подает.
Ну, говорит: узнай, мой свет!
Что и в уме, когда душа
Нехороша?
Народов диких нас глупяе быть считают,
Да добрых дел они нас больше исполняют;
А это остяком хочу я доказать
И про него такой поступок рассказать,
Который бы его из рода в род прославил,
А больше подражать ему бы нас заставил.
У остяка земли чужой наслежник был,
Который от него как в путь опять пустился,
Отец один слыхал
Что за море детей учиться посылают;
И что тово кто за морем бывал
От небывалова и с вида отличают.
Так чтоб от прочих не отстать,
Отец немедленно решился
Детину за море послать,
Чтоб доброму он там понаучился.
Но сын глупяе воротился:
Попался на руки он школьным тем вралям,