Бывало, в беседке
Зеленой и темной
Читал я соседке, —
Плаксивой и томной, —
И плакал я с нею
Над песнями Гейне,
Звал милой своею
Немецкия грезы
Давно мной забылись
И глупыя слезы
Давно истощились…
Она ж вспоминает
Меня на свободе,
И Гейне читает
В моем переводе.