Утром умерла больная чахоткой
И сейчас сенник ее сожгли.
Я глядела на дорогу из сада за решеткой
На солому, горящую в пыли.
И у моря голубого, под небом голубым,
Был костер — розовато-золотой.
Был красив даже дым, — шитый искрами дым
Расстилался волнистою чадрой.
На минуту я забыла, что нет ее с нами.
С губ моих чуть не слетел зов, —
Я хотела ей сказать, как радостно пламя
Даже самых маленьких костров!
Но я вспомнила о смерти, лишь выгорел огонь,
И печаль опять была остра.
Прибежавшему ребенку сказала я: «Не тронь,
Не топчи потухшего костра…»