Мы все любили любящих любимых,
Которым присудил сладчайший стих
Кружиться, неразлучными, двоих,
И в смерти и в любви неразделимых.
Все в снах земли они и в адских дымах,
Две птицы, два крылатых духа, в чьих
Мечтаньях пламень страсти не затих
И там, среди пространств необозримых.
Но, если вечный блеск Франческе дан
Медвяным Данте, с ликом обожженным,
Желанней мне, Бретонский сон, Тристан
С Изольдой. Пыткам сердца повторенным
Их предал, их качавший, Океан,
Сумевший дать слиянье — разделенным.