Ой, зеленая верба,
Молодая луна!
Этой ночью, наверно,
Никому не до сна.
Ой вы, звезды-снежинки,
Золотой хоровод!
По заветной тропинке
Милый к милой идет.Счастлив, кто любит,
Кто с милой дружен.
Нелюбимый,
Чайка смело
Пролетела
Над седой волной,
Окунулась
И вернулась,
Вьется надо мной.Ну-ка, чайка,
Отвечай-ка:
Друг ты или нет?
Ты возьми-ка,
Отнеси-ка
Много горя и страданья
Сердце терпит невзначай.
Милый скажет: «До свиданья…»
Сердце слышит: «И прощай».
Наперед не угадаешь,
С кем судьбу свою найдешь.
Коль полюбишь, пострадаешь,
Эту песню запоешь.Если Волга разольется,
Трудно Волгу переплыть,
Если милый не смеется,
Кто сказал, что надо бросить
Песни на войне?
После боя сердце просит
Музыки вдвойне! Нынче — у нас передышка,
Завтра вернемся к боям,
Что ж твоей песни не слышно,
Друг наш, походный баян? После боя сердце просит
Музыки вдвойне! Кто сказал, что сердце губит
Свой огонь в бою?
Воин всех вернее любит
Как радостно птицей лететь домой,
Любовь и нежность тая,
И знать, что спросят тебя: «Ты мой?».
И скажут тебе: «Я твоя!»
Простые слова,
Смешные слова,
Всегда и везде все те же, —
Но вспыхнет любовь,
И все они вновь,
Запах мыла, уютный и острый,
Всюду — пар, и вода, и белье…
В комнатушке беседуют сестры
Про житье,
Про бытье… Над корытом склонясь и стирая,
Раскрасневшись, как мак, от жары,
Смотрит искоса младшая Рая
На изящное платье сестры.
Лида — в новеньком, и перед Лидой
Стыдно ей за белье, за старье…— Райка, милая! Ты не завидуй!
Я мыслить образом привык с ребячьих лет.
Не трогает меня газетный жирный лозунг,
Пока не вспыхнет жизнь сквозь полосы газет
И не запляшет стих под каждой строчкой прозы.Я разумом пойму любой сухой доклад,
Но соль не в этом… Вы меня простите, —
Ведь разум — он всегда немножко бюрократ,
А сердце — милый и растерянный проситель… И чтобы жизнь без промаха творить,
Чтоб труд был радостен, порою очень надо
Пошире дверь для сердца отворить
И написать: «Входите без доклада!»Коль сердца стук по-искреннему част, —