Вешают убийцу в городе на площади,
И толпа отвсюду смотрит необятная!
Мефистофель тут же; он в толпе шатается;
Вдруг в него запала мысль совсем приятная.
Обернулся мигом. Стал самим преступником;
На себя веревку помогал набрасывать;
Вздернули, повесили! Мефистофель тешится,
Начал выкрутасы в воздухе выплясывать.
Преступник, преступник, преступник вовек,
Убийца бегущих мгновений,
Ты презрил теченье зиждительных рек,
Завет изумрудных растений,
Ты злой, ты напрасный, пустой человек,
Ты тень ускользающей тени.
Ты вспомнишь. Ты вспомнил. Минута зажглась.
Цветут эвкалипты молельно.
С лазури глядит укоризненный глаз.
Я на виду — и действием, и взглядом
Я выдаю присутствие своё.
Нат Пинкертон и Шерлок Холмс — старьё!
Спокойно спите, люди: Гусев — рядом.Мой метод прост: сажусь на хвост и не слезаю.
Преступник — это на здоровом теле прыщик,
И я мерзавцу о себе напоминаю:
Я — здесь, я — вот он, на то я — сыщик! Волнуются преступнички,
Что сыщик не безлик,
И оставляют, субчики,
Следочки на приступочке,
Отчаянье и боль мою пойми, —
Как передать мне это хладнокровно? —
Мужчины, переставши быть людьми,
Преступниками стали поголовно.
Ведь как бы человека ни убить,
При том в какие б роли ни рядиться,
Поставив лозунг: «быть или не быть», —
Убивший все равно всегда убийца.
Разбойник ли, насильник, патриот,
Идейный доброволец подневольный
ПОСЛЕДНИЯ МИНУТЫ.
(Думы преступника).
С площадки узкой эшафота
Гляжу на мир в последний раз.
Мне смутно в жизня жаль чего-то —
Чего-ж?.. Мне, люди, жалко вас!
Вся жизнь пойдет, как шла и прежде
В незнаньи собственной вины,
Что вами-ж грубому невежде
Быть лучше--средства не даны…
За крепкой, железной решеткой,
В холодных и тесных стенах,
Лежит на истлевшей соломе
Угрюмый преступник в цепях.
Вот луч заходящего солнца,
Играя, упал на окно.
Ведь, солнце лучи рассыпает
На злых и на добрых равно.
1
Ямщик лихой, лихая тройка
И колокольчик под дугой,
И дождь, и грязь, но кони бойко
Телегу мчат. В телеге той
Сидит с осанкою победной
Жандарм с усищами в аршин,
И рядом с ним какой-то бледный
Лет в девятнадцать господин.
Жил в древности один мудрец.
Ему внимая, и глупец
Умом навеки запасался.
«Али-мудрец» он назывался.
О том, что думал он в тиши,
Вещал он громко всем, гроши…
Лишь медные гроши сбирая,
Как редкие дары из рая
За золото своих речей.
Он беден был, но из очей
На Посидонов пир веселый,
Куда стекались чада Гелы
Зреть бег коней и бой певцов,
Шел Ивик, скромный друг богов.
Ему с крылатою мечтою
Послал дар песней Аполлон:
И с лирой, с легкою клюкою,
Шел, вдохновенный, к Истму он.
Уже его открыли взоры