Долго я лежу на льду зеркальном,
Меряю терпением своим,
Что сильнее в сне многострадальном,
Мой ли жар иль холод-нелюдим.
Льдяный холод ночи предполярной,
Острый ветер, бьющий снежной мглой.
Но, как душный дух избы угарной,
Я упрям и весь в мечте былой.
Посвящается Эллису
1
Из дали грозной Тор воинственный
грохочет в тучах.
Пронес огонь — огонь таинственный
на сизых кручах.
Согбенный викинг встал над скатами,
Дни и ночи я безволен,
Жду чудес, дремлю без сна.
В песнях дальних колоколен
Пробуждается весна.
Чутко веет над столицей
Угнетенного Петра.
Вечерница льнет к деннице,
Несказанней вечера.
И зарей — очам усталым
Предстоит, озарена,
В твоём гербе невинность лилий,
В моём — багряные цветы.
И близок бой, рога завыли,
Сверкнули золотом щиты.
Идём, и каждый взгляд упорен,
И ухо ловит каждый звук,
И серебром жемчужных зёрен
Блистают перевязи рук.
Графине С. И. Толстой
В твоем гербе невинность лилий,
В моем багряные цветы,
И близок бой, рога завыли,
Сверкнули золотом щиты.
Идем… и каждый взгляд упорен,
И ухо ловит каждый звук,
И серебром жемчужных зерен
К нам в гости приходит мальчик
Со сросшимися бровями,
Пунцовый густой румянец
На смуглых его щеках.
Когда вы садитесь рядом,
Я чувствую, что меж вами
Я скучный, немножко лишний,
Педант в роговых очках.
Глаза твои лгать не могут.
Как много огня теперь в них!
Доколе нам предрассужденью
Себя на жертву предавать
И лживому людей сужденью
Доколе нами управлять?
Не мы ли жизнь, сей дар священный,
На подвиг гнусный и презренный
Спешим безумно посвятить
И, умствуя о чести ложно,
За слово к нам неосторожно
Готовы смертью отомстить?