Все стихи про грех

Найдено стихов - 118

Александр Пушкин

За старые грехи наказанный судьбой…

За старые грехи наказанный судьбой,
Я стражду восемь дней, с лекарствами в желудке,
С Меркурием в крови, с раскаяньем в рассудке —
Я стражду — Эскулап ручается собой1819 г.

Василий Андреевич Жуковский

Пускай бы за грехи доход наш убавлялся!

Пускай бы за грехи доход наш убавлялся!
Такой переворот для Хама не печаль!
Он в петлю собирался,
Попал бы в госпиталь!

Зинаида Гиппиус

Что есть грех

В.Ф. Нувелю

Грех — маломыслие и малодеянье,
Самонелюбие — самовлюбленность,
И равнодушное саморассеянье,
И успокоенная упоенность.

Грех — легкочувствие и легкодумие,
Полупроказливость — полуволненье.
Благоразумное полубезумие,
Полувнимание — полузабвенье.

Грех — жить без дерзости и без мечтания,
Не признаваемым — и не гонимым.
Не знать ни ужаса, ни упования
И быть приемлемым, но не любимым.

К стыду и гордости — равнопрезрение…
Всему покорственный привет без битвы…
Тяжеле всех грехов — Богоубьение,
Жизнь без проклятия — и без молитвы.

Анна Ахматова

За то, что я грех прославляла

За то, что я грех прославляла,
Отступника жадно хваля,
Я с неба ночного упала
На эти сухие поля.

И встала. И к дому чужому
Пошла, притворилась своей,
И терпкую злую истому
Принесла с июльских полей.

И матерью стала ребенку,
Женою тому, кто пел.
Но гневно и хрипло вдогонку
Мне горный ветер свистел.

Константин Дмитриевич Бальмонт

Грех один

Есть грех один и грех мучительный,
Хотя и много есть грехов.
Один чрезмерно-унизительный,
И продолжающийся, длительный,
В себе таящий сонм гробов.

То грех души с душою скованной,
То принуждение для губ,
Когда привычно-уготованный
Есть поцелуй не очарованный,
И тело с телом — труп и труп.

На этот грех, с безмерной ратию,
Иду, и вешний ветр струю.
Я предаю его проклятию,
Я предаю его треклятию,
Четвероклятью предаю.

Марина Цветаева

Андрей Шенье взошел на эшафот…

Андрей Шенье взошёл на эшафот,
А я живу — и это страшный грех.
Есть времена — железные — для всех.
И не певец, кто в порохе — поёт.

И не отец, кто с сына у ворот
Дрожа срывает воинский доспех.
Есть времена, где солнце — смертный грех.
Не человек — кто в наши дни живёт.

Игорь Северянин

Эксцентричка

Звезда горит звезде,
Волне журчит волна.
Но в ней, чего нигде:
Она собой полна!
Заплачет, — блещет смех.
Смеется, — слышен плач.
И грех ее — не грех,
И смерть ей не палач…
Пускай звезда к звезде!
Пускай к волне волна!
В ней нет, что есть везде,
И в этом — вся она!

Марина Цветаева

Эпитафия (Тому, кто здесь лежит под травкой вешней…)

Тому, кто здесь лежит под травкой вешней,
Прости, Господь, злой помысел и грех!
Он был больной, измученный, нездешний,
Он ангелов любил и детский смех.

Не смял звезды сирени белоснежной,
Хоть и желал Владыку побороть…
Во всех грехах он был — ребенок нежный,
И потому — прости ему, Господь!

Зинаида Гиппиус

Страшное

Страшно оттого, что не живётся — спится.
И всё двоится, все четверится.
В прошлом грехов так неистово много,
Что и оглянуться страшно на Бога.

Да и когда замолить мне грехи мои?
Ведь я на последнем склоне круга…
А самое страшное, невыносимое, —
Это что никто не любит друг друга

Марина Цветаева

Легкомыслие! — Милый грех…

Легкомыслие! — Милый грех,
Милый спутник и враг мой милый!
Ты в глаза мои вбрызнул смех,
Ты мазурку мне вбрызнул в жилы.

Научил не хранить кольца, —
С кем бы жизнь меня ни венчала!
Начинать наугад с конца,
И кончать еще до начала.

Быть, как стебель, и быть, как сталь,
В жизни, где мы так мало можем…
— Шоколадом лечить печаль
И смеяться в лицо прохожим!

Федор Сологуб

Мы грех совершили тяжёлый

Мы грех совершили тяжёлый, —
Владыке, горящему Змию,
Над телом распутницы голой
Служили в ночи литургию.
Кощунственны были моленья,
Бесстыдные длились обряды,
И тусклым огнём вожделенья
Горели смущённые взгляды.
О злая, о мрачная сила!
В чаду богохульных курений
Не ты ли меня напоила
Отравой больных вдохновений?
Не ты ль, простодушную веру
Сгубивши в томительном блуде,
Сжигаешь зловонную серу
В нечистом и смрадном сосуде?

Зинаида Гиппиус

Грех

И мы простим, и Бог простит.
Мы жаждем мести от незнанья.
Но злое дело — воздаянье
Само в себе, таясь, таит.И путь наш чист, и долг наш прост:
Не надо мстить. Не нам отмщенье.
Змея сама, свернувши звенья,
В свой собственный вопьется хвост.Простим и мы, и Бог простит,
Но грех прощения не знает,
Он для себя — себя хранит,
Своею кровью кровь смывает,
Себя вовеки не прощает —
Хоть мы простим, и Бог простит.

Альфред Теннисон

Мне кажется почти грехом

Мне кажется почти грехом
Излить в словах мою кручину:
Возможно выразить стихом
Печаль души лишь в половину.

Когда душа поражена —
Врачует боль размер певучий,
Невольно черпает она
Забвенье в музыке созвучий.

Как плащ тяжелый в холода,
Слова — от скорби мне защита,
Но ту печаль, что в сердце скрыта —
Не передам я никогда.

Иван Бунин

Надпись на могильной плите

Несть, Господи, грехов и злодеяний
Превыше милосердья Твоего!
Рабу земли и суетных желаний
Прости грехи за горести его.Завет любви хранил я в жизни свято:
Во дни тоски, наперекор уму,
Я не питал змею вражды на брата,
Я все простил, по слову Твоему.Я, тишину познавший гробовую,
Я, воспринявший скорби темноты,
Из недр земных земле благовествую
Глаголы Незакатной Красоты!

Константин Бальмонт

Не лучше ли страдание

«Не лучше ли страдание,
Глухое, одинокое,
Как бездны мироздания,
Непонято-глубокое?
Не лучше ли мучение,
Чем ясный звонкий смех?
Полюбим отречение,
Разлюбим сладкий грех»
— О, нет, мой брат единственный,
Душа моя смущается,
В ней вечен клич воинственный,
Ей много обещается.
Весь мир нам обещается,
Когда его хотим,
И всякий грех прощается,
Когда простим другим.

Федор Тютчев

Свершается заслуженная кара…

Свершается заслуженная кара
За тяжкий грех, тысячелетний грех…
Не отвратить, не избежать удара —
И правда Божья видима для всех.
То Божьей правды праведная кара,
И ей в отпор чью помощь ни зови,
Свершится суд… и папская тиара
В последний раз купается в крови.
А ты — ее носитель неповинный,
Спаси тебя Господь и отрезви —
Молись Ему, чтобы твои седины
Не осквернились в пролитой крови…

Андрей Дементьев

Не должны мы каяться за тех

Не должны мы каяться за тех,
Кто Россию нашу испоганил.
Если уж и есть на ком-то грех, —
Ясно — не на Марье да Иване.
Сколько их, прошедших через власть,
Нуворишей — молодых и старых —
Поживилось от России всласть,
Так, что и на хлеб нам не осталось.
Мы не станем каяться за тех,
Кто был избран нашей общей волей.
Для начала мы поделим грех,
Но грешить им больше не позволим.

Наталья Крандиевская-толстая

Грехи

Грехи — поводыри слепых,
А я — недвижная, но зрячая,
И не туманит кровь горячая
Раздумий медленных моих.Что делать тем, кто тишь на дне
Хранит, как влагу первородную,
Для грубой нивы непригодную,
Кого баюкают во снеНе руки душные любовника,
А дикая звезда Арктур,
Чей рот для поцелуя хмур
И горче ягоды терновника! Прости, что я тебе жена,
Что расплескала, нерадивая,
Усладу, не испив до дна
Что жизнь моя неторопливая
Просторна слишком для любви…
Забудь, не мучай, не зови!

Максимилиан Александрович Волошин

Замер дух — стыдливый и суровый

Замер дух — стыдливый и суровый,
Знаньем новой истины обят…
Стал я ближе плоти, больше людям брат.

Я познал сегодня ночью новый
Грех… И строже стала тишина —
Тишина души в провалах сна…

Чрез желанье, слабость и склоненье,
Чрез приятье жизненных вериг —
Я к земле доверчивей приник.

Есть в грехе великое смиренье:
Гордый дух да не осудит плоть!
Через грех взыскует тварь Господь.

Иван Сергеевич Рукавишников

Не иди в дом пира. Иди в дом плача

Не иди в дом пира. Иди в дом плача,
Чтоб забылись грехи, чтоб открылась душа.
Чтоб светлела порфира, чтоб яснела задача,
Не иди в дом пира, иди в дом плача.
В воротах мира, рыдая и плача,
Цветут чудо-стихи, бездумно дыша.
Не иди в дом пира. Иди в дом плача,
Чтоб забылись грехи. Чтоб открылась душа.

Афанасий Фет

Не будь, о богослов, так строг!..

Не будь, о богослов, так строг!
Не дуйся, моралист, на всех!
Блаженства всюду ищем мы, —
А это уж никак не грех! Нас, как израильских сынов,
Пустынный истомил побег,
И мы у неба просим яств,
А это уж никак не грех! К чему нам райской тубы сень
И Гавриил на небесах?
Дверей трактира ищем мы,
А это уж никак не грех! Да, нам старик-трактирщик — друг,
Мы сознаемся в том при всех, —
Притворства избегаем мы,
А это уж никак не грех! Людскую кровь не станем лить
Мы для воинственных потех;
Льем виноградную мы кровь,
А это уж никак не грех! Мы разверзаем клад души,
Чтобы для сладостных утех
Все перлы сердца раскидать,
А это уж никак не грех! Мы славим милую в стихах,
И нас, быть может, ждет успех, —
Пленительным пленен поэт,
А это уж никак не грех! Ты, как осел или верблюд,
Кряхтя, тащи тяжелый мех, —
Мы всё, что давит, с плеч долой,
А это уж никак не грех!

Марина Цветаева

В мешок и в воду — подвиг доблестный…

В мешок и в воду — подвиг доблестный!
Любить немножко — грех большой.
Ты, ласковый с малейшим волосом,
Неласковый с моей душой.

Червонным куполом прельщаются
И во́роны, и голубки.
Кудрям — все прихоти прощаются,
Как гиацинту — завитки.

Грех над церковкой златоглавою
Кружить — и не молиться в ней.
Под этой шапкою кудрявою
Не хочешь ты души моей!

Вникая в прядки золотистые,
Не слышишь жалобы смешной:
О, если б ты — вот так же истово
Клонился над моей душой!

Булат Окуджава

По какой реке твой корабль плывёт

По какой реке твой корабль плывет
до последних дней из последних сил?
Когда главный час мою жизнь прервет,
вы же спросите: для чего я жил?

Буду я стоять перед тем судом —
голова в огне, а душа в дыму…
Моя родина — мой последний дом,
все грехи твои на себя приму.

Средь стерни и роз, среди войн и слез
все твои грехи на себе я нес.
Может, жизнь моя и была смешна,
но кому-нибудь и она нужна.

Александр Блок

Мои грехи тяжеле бед…

Мои грехи тяжеле бед
Перед Тобой, моя Душа.
Когда был жив мой старый дед,
Я был задумчивей пажа.
Но деды старые ушли,
И я оплакал каждый гроб.
Сегодня жницы принесли,
Как в старину, последний сноп.
И вновь с заржавленным серпом
Старуха стала у крыльца,
Как встарь, когда я был пажом
Без обручального кольца.
Когда я был тоскливей дня,
Когда улыбка мне не шла,
Когда Ты встретила меня
И, безответная, прошла.
Когда все те, кто ныне там,
Печально доживали здесь,
Когда мне был единый храм —
Суровый дол, немая весь.18 июля 1903

Константин Бальмонт

Грех

Кто создал безумное слово,
О, слово постыдное: — Грех!
Чуть смоешь пятно, вот оно означается снова,
Мешает, меняет, глушит, и уродует смех.
Как жалкий воришка,
Запрячется в спальню, в углу притаится как мышь,
И смотрит — меж двух не случится ли в ласках излишка, —
Скривится, чу, шорох: «Довольно», «Не более», «Лишь».
Лишь то, а не это. Лишь тот, а не с этой, а с тою.
Вот только. Вот столько. Шипенье, шуршанье змеи.
О, дьявол убогий, кропишь ты святою водою,
Но где освятил ты поганые брызги свои?
Прочь! Прочь, говорю я!
Здесь грешен лишь тот, кто осмелится вымолвить: «Грех».
О, свежесть ручьев! О, смеющийся звук поцелуя!
Весна и разливы! Счастливый ликующий смех!

Черубина Де габриак

Исповедь

В быстро сдёрнутых перчатках
Сохранился оттиск рук,
Чёрный креп в негибких складках
Очертил на плитах круг.

В тихой мгле исповедален
Робкий шёпот, чья-то речь.
Строгий профиль мой печален
От лучей дрожащих свеч.

Я смотрю игру мерцаний
По чекану тёмных бронз
И не слышу увещаний,
Что мне шепчет старый ксёндз.

Поправляя гребень в косах,
Я слежу мои мечты, —
Все грехи в его вопросах
Так наивны и просты.

Ад теряет обаянье,
Жизнь становится тиха, —
Но как сладостно сознанье
Первородного греха…

Сергей Михайлович Соловьев

Пускай иссяк источник животворный

   Пускай иссяк источник животворный
   В сердцах людей, проклявших вечный свет.
   Пускай они влачат свой век позорно,
   Греху служа, забыв святой завет.
  
   Весь мрак греха расчистит и развеет
   Одна лишь капля крови пролитой,
   И вечность вновь детей своих взлелеет,
   И вновь призыв послышится святой.
  
   И, как заря пред солнечным рассветом
   Пролившись, тьму убьет святая кровь,
   И будет кровь опять святым заветом,
   Что мир омыт и царствует любовь.

Константин Дмитриевич Бальмонт

Орхидея

Я был в тропических лесах,
Я ждал увидеть орхидеи.
О, эти стебли точно змеи,
Печать греха на лепестках.

Того, что здесь грехом зовется,
Во мгле мещанствующих дней.
О, гроздья жадных орхидей,
Я видел, как ваш стебель вьется.

В переплетенности стволов
Друг друга душащих растений,
Среди пьянящих испарений,
Я рвал любовный цвет грехов.

Склонясь над чашей поцелуйной,
В раскатном рокоте цикад,
Вдыхал я тонкий сладкий яд,
Лелейно-зыбкий, многоструйный.

Как будто чей-то нежный рот,
Нежней, чем бред влюбленной феи,
Вот этот запах орхидеи
Пьянит, пьянит, и волю пьет.

Александр Сумароков

Сонет (О существа состав)

О существа состав, без образа смешенный,
Младенчик, что мою утробу бременил,
И, не родясь еще, смерть жалостно вкусил
К закрытию стыда девичества лишенной! О ты, несчастный плод, любовью сотворенный!
Тебя посеял грех, и грех и погубил.
Вещь бедная, что жар любви производил!
Дар чести, горестно на жертву принесенный! Я вижу в жалобах тебя и во слезах.
Не вображайся ты толь живо мне в глазах,
Чтоб меньше беспокойств я, плачуща, имела.То два мучителя старались учинить:
Любовь, сразивши честь, тебе дать жизнь велела,
А честь, сразив любовь, велела умертвить.

Игорь Северянин

Бодлер

В туфле ли маленькой — «Lеs flеurs du mal»,
В большом ли сердце — те же результаты:
Не злом, а добродетелью обяты
Земнившие небесную эмаль.

В днях юности — семи грехов скрижаль
И одуряющие ароматы.
Благочестивые придут закаты,
И целомудрия до боли жаль.

Ты в комнаты вечерний впустишь воздух,
О ледяных задумаешься звездах,
Утончишь слух, найдешь для тела тишь.

И выпрыгнут обиженно в окошки
Грехом наэлектриченные кошки,
Лишь пса раскаянья ты присвистишь.

Константин Михайлович Фофанов

Стансы

Не знаем мы, куда направить
Свои стремленья и мечты,
Всегда привыкшие лукавить
На играх светской суеты.

А рядом тут же, недалеко,
Есть сотни страждущих людей, —
Блажен, чье пламенное око
Их видит в радости своей!

Блажен, кто чувствует правдиво
И преклоняет чуткий слух
К тому, что грустно и нелживо,
Как вечной жизни вещий дух.

Жизнь, как волна, разнообразна, —
И тот блажен, кто черный грех,
Грех, порожденный от соблазна,
Прощая, разделит на всех.

Игорь Северянин

Лидии Липковской

Вы так жалеете, что том моих стихов
Забыт в Америке перед от ездом Вами.
Греха подобного не наказать словами,
И я даю вам… отпущение грехов!
Вы говорите, что среди сонетных строф
Вы не нашли Вам посвященных мной. Как даме,
Я Вам, польщенный, отвечаю: Вас стихами
Я пел четырежды, и впредь всегда готов…
Сирень весны моей! Вот я на Вас гляжу,
Переносясь мечтой к совсем иному мигу,
Когда я молод был и мир готовил к сдвигу,
И Вы, мой соловей, мне пели на межу.
И пусть Вы за морем мою забыли книгу,
Я голос Ваш всегда в душе своей вожу.

Рабиндранат Тагор

Брось свои четки скорее, брось о грехе воздыханья!

Брось свои четки скорее, брось о грехе воздыханья!
Гимны и песни напрасны в мраке таинственном храма:
Благости вечной не нужно звучного хора рыданья,
Жреческой пышной одежды, волн голубых фимиама.
Очи открой, близорукий,—и не увидишь ты бога
В сумрачной роскоши пагод, плотно где двери закрыты…
Вот, посмотри,—перед храмом горняя вьется дорога,
Каменщик дробит там скалы, пылью кремнистой покрытый;
Около — твердую землю пахарь вздымает сохою:
Свитком терпения длинным тянется жизнь трудовая.
В свитке том—правды премудрость вписана божьей рукою,
В свитке том духа свобода — сила и гордость людская!

Брось же скорей свои гимны, брось о грехе воздыханья.
Выйди в тернистое поле с теми, чья участь убога:
Только тогда ты познаешь смысл бытия и страданья,
Только тогда ты узреешь лик лучезарного бога.

Георгий Фонвизин.

Степан Петрович Шевырев

Критику

Вменяешь в грех ты мне мой темный стих.
Прозрачных мне не надобно твоих:
Ты нищего ручья видал ли жижу?
Видал насквозь, как я весь стих твой вижу.
Бывал ли ты хоть на реке Десне?
Открой же мне: что у нее на дне?

Вменяешь в грех ты мне нечистый стих,
Пречистых мне не надобно твоих:
Вот чистая водица ключевая,
Вот 'Алеатико' струя густая!
Что ж? — выбирай, возьми любой стакан:
Ты за воду... Зато не будешь пьян.

Александр Вертинский

В синем и далеком океане

Вы сегодня нежны,
Вы сегодня бледны,
Вы сегодня бледнее луны…
Вы читали стихи,
Вы считали грехи,
Вы совсем как ребенок тихи.

Ваш лиловый аббат
Будет искренно рад
И отпустит грехи наугад…
Бросьте ж думу свою,
Места хватит в раю.
Вы усните, а я вам спою.

В синем и далеком океане,
Где-то возле Огненной Земли,
Плавают в сиреневом тумане
Мертвые седые корабли.

Их ведут слепые капитаны,
Где-то затонувшие давно.
Утром их немые караваны
Тихо опускаются на дно.

Ждет их океан в свои об ятья,
Волны их приветствуют, звеня.
Страшны их бессильные проклятья
Солнцу наступающего дня…

В синем и далеком океане
Где-то возле Огненной земли…