Размозжить черепаху
Упасть на люльку
Кровожадной репы
Приветствуйте клетку
Пахнет гробом жирный клоп…
Черная ножка…
Качается расплющенный гроб
Извивается кружево стружек.
Фляга с черепахой очень схожи.
У обеих панцирь вместо кожи,
Обе круглобоки и плоски,
У обеих горлышки узки.
Фляга, фляга, странница, бродяга!
Черепахой стань, скрипя как скряга,
Медленно отмеривай глотки.
Впереди — пески.
До болота идти далеко,
До болота идти нелегко.
«Вот камень лежит у дороги,
Присядем и вытянем ноги».
И на камень лягушки кладут узелок.
«Хорошо бы на камне прилечь на часок!»
Вдруг на ноги камень вскочил
Случилось вот какое дело —
Черепаха похудела!
— Стала маленькой головка,
Хвостик слишком тонок! —
Так сказал однажды Вовка,
Насмешил девчонок.
— Похудела? Ну, едва ли! —
Девочки смеются.—
Однажды где-то под кустом
Свалила Зайца лихорадка.
Болеть, известно, как не сладко:
То бьет озноб его, то пот с него ручьем,
Он бредит в забытьи, зовет кого-то в страхе…
Случилось на него наткнуться Черепахе.
Вот Заяц к ней: «Голубушка… воды…
Кружится голова… Нет сил моих подняться,
А тут рукой подать — пруды!»
Как Черепахе было отказаться?..
Бежати в запуски со зайцом черепаха,
К Москве реке с Невы,
Из Петербурга до Москвы,
Хотела, и кладут большой они заклад.
И потащилася со всем она содомом:
Со брюхом, со спиной и с домом.
А заяц мыслит так: лиш только захочу;
Я дуру облечу:
Пускай она тащится,
И выиграть заклад оскаля зубы тщится:
Вас за плечи держали
Ручищи эполетов.
Вы рвались и дерзали, —
Гусары и поэты! И уносились ментики
Меж склонов-черепах…
И полковые медики
Копались в черепах.Но оставались песни.
Они, как звон подков,
Взвивались в поднебесье
До будущих веков.Их горная дорога
Жил среди других зайцев один Заяц. Многие зайчихи на него заглядывались: быстрее его никто в поле не бегал! Вот кажется, жить бы ему да радоваться, но не тут-то было.
Заяц мучительно завидовал Черепахе. Вот как она живет! Вот живет! — думал Заяц. Собственную норку на спине носит! Втянула голову и ноги — и уже дома. Да еще какая нора! Крепкая как камень и с красивым узорчиком. Эх, повезло же глупой Черепахе!
И всюду вокруг Заяц поносил Черепаху, всюду ее ругал, рассказывал про нее небылицы, смеялся над ней. От зависти даже расхворался.
— Что с тобой? — спросила Зайца Белочка. С чего чахнешь?
— Из-за проклятой Черепахи, — ответил Заяц. Просто видеть ее не могу, до чего она меня раздражает! Какую нору на спине носит! С узорчиком…
А Черепаха больше, чем кому-либо, завидовала Зайцу, который умел так быстро бегать.
Дядя Васенька в подарок черепаху мне принес:
Сбоку ножки, сзади хвостик, головенка без волос.
Я ее пощекотала, а она молчит, как пень.
Заползла, как жук, под ванну и сидит там целый день.
Я бисквиты ей совала, и морковку, и компот.
Не желает… Втянет шейку и закроет черный рот.
Три часа я сторожила, чтобы сунулась под дверь.
Болтаньем мы добра во веки не найдем,
И часто только им мы в пагубу идем.
Намерилася черепаха,
Из царства русскова зевать:
В пути себе не видя страха,
В Париже хочет побывать.
Не говорит уже по Русски,
И врет и бредит по Французски.
С ней больше о Руси ни кто не говори,
И только сто ври: