1.
212 000 пудов хлеба, 5100 пудов масла,
5000 пудов мыла,
50 000 пудов мяса.
2.
Так на помощь шахтеру пошла рабоче-крестьянская масса.
3.
И ты не будь в работе долог.
4.
Исполни, шахтер, перед рабочими долг.
1.
Нападали белогвардейцы на Донецкий бассейн, рабочих разорили, разграбили совсем.
2.
Донецкий шахтер разут и раздет, а работа его нужна везде.
3.
Паровозы донецким углем топим, свет нам дают донецкие копи.
4.
Чтоб уголь везти к нам пудами, пусть каждый скажет: — Что можно, дам им!
Пурпурный лист на дне бассейна
Сквозит в воде, и день погас…
Я полюбил благоговейно
Текучий мрак печальных глаз.
Твоя душа таит печали
Пурпурных снов и горьких лет.
Ты отошла в глухие дали, —
Мне не идти тебе вослед.
Чуть пламенело утро над Багдадом,
Колеблемое персиковым ветром,
Когда калиф Абу-Гассан Девятый,
Свершив положенное омовенье,
Покинул душной спальни полумрак.Он шел садами, раздвигая лозы,
И грудь под распахнувшимся халатом
Вдыхала золотистую прохладу,
Даря благоухающему ветру
Чуть слышную ночную теплоту, И легкою была его походка,
А радостное головокруженье
Он в черной маске, в легкой красной тоге.
И тога щелком плещущим взлетела.
Он возглашает: «Будете как боги».
Пришел. Стоит. Но площадь опустела.
А нежный ветер, ветер тиховейный,
К его ногам роняет лист каштана.
Свеваясь пылью в зеркало бассейна
Кипит, клокочет кружево фонтана.
Вознес лампаду он над мостовою,
Как золотой, как тяжковесный камень.
Я тело в кресло уроню,
Я свет руками заслоню
И буду плакать долго, долго,
Припоминая вечера,
Когда не мучило «вчера»
И не томили цепи долга; И в море врезавшийся мыс,
И одинокий кипарис,
И благосклонного Гуссейна,
И медленный его рассказ,
В часы, когда не видит глаз
Обняв руками колени, изгнанник, сижу на
холодном песке.
Невдалеке
Громадой немой чернеют утесы.
Там, в пещере сырой, меня ждет мой тем-
ный приют.
Предо мной — многошумное море,
Пустынное море.
Над белыми гребнями волн скользят альба-
тросы.
И.
Из мертвой глади вод недвижного бассейна,
Как призрак, встал фонтан, журча благоговейно,
Он, как букет, мольбы возносит небесам…
Вокруг молчание, природа спит, как храм;
Как страстные уста, сливаясь в миг мятежный,
Едва дрожит листок, к листку прижавшись, нежный…
Фонтан, рыдающий один в тиши ночной,
К далеким небесам полет направил свой,