На удовольствие жизни
На что витиев правил
Вы учите меня?
К чему мне бесполезны
Годятся речи их?
Меня учите лучше
Пить сладкий Вакхов сок;
Учите с Афродитой
Прекрасною играть,
Когда мои седины
На фракийскую кобылицу
Фракийска юна кобылица,
Что косо смотришь на меня?
И так поспешно убегаешь
Иль мнишь, что не проворен я?
Так знай, что я весьма искусно
Бразды и повод наложу
И под собою обращаться
Заставлю в поприще тебя.
Теперь, резва, как лань младая,
На серебряный бокал
Вулкан! сребро чеканя,
Не броню делай мне;
Что делать мне на брани?
Но сделай мне бокал
Глубокий, сколь возможно.
Медведицы ни звезд,
Ни бурна Ориона
На нем не изваяй.
Мне что до звезд Воота
На самого себя
Я стар, и в том не спорю,
Но пью, как молодой.
Не с тирсом, но с бутылкой
Пляшу, когда хочу.
На посох опираться
Нет нужды мне отнюдь.
Кто хочет, тот сражайся,
А мне ты, мальчик, дай
Наполненную чашу
К женщинам
Зевес быкам дал роги,
Копыты лошадям;
Он скорый бег дал зайцу,
Льву — полный зев зубов,
Способность плавать — рыбам,
Он птицам дал полет,
А мужество — мужчинам.
Немного что для жен
Осталось в награжденье.
На старость
И виски уж поседели,
Голова моя бела:
Протекла приятна юность,
Старость по зубам видна.
Мало, мало сладкой жизни
Остается протекать!
Я стонаю беспрестанно,
Тартара боюсь, дрожу...
Сколь сия ужасна пропасть
Сновидение
Видел я во сне, что крылья
У меня и я бегу,
А любовь гналась за мною
И поймала уж меня,
Несмотря что на прекрасных
Был ее ногах свинец.
Что б такое сон сей значил?
То, что я хоть много раз
Красотами был поиман,
На праздник
Подай Гомерову мне лиру,
Но только ту сними струну,
Котора брани воспевала.
Священны чаши те подай,
Из коих пить закон поставлен;
Подай мне жребии смешать;
Подвеселясь, плясать я стану;
Умеря разумом восторг,
Не пощажу я слов забавных,
К лире
Я петь хочу Атридов,
Хочу о Кадме петь,
Но струны лиры только
Одну любовь звучат.
Я лиру перестроил,
Вновь струны натянул,
Хотел на ней Иракла
Я подвиги воспеть,
Но лира возглашала
Песня хором
Не у батюшки в зеленом саду
Хорошо больно соловей поет,
Молодой ямщик поутру рано
Во чистом поле на заре бежит.
Ох! вы братцы, вы товарищи,
Вам пора вставать, коней впрягать,
И в гоньбе ямщик отдохнуть может,
На рысях ямщик доброй выспится.
Бакханалии
Послушай, изограф изящный,
Лирической ты музы звук,
И напиши мне ту картину,
О коей я тебе скажу:
Представь сначала оживленны
Весельем, смехом города;
Представь веселых ты бакханок,
Играющих во двусвирель;
И если воск тебе позволит,
На себя самого
Мне девушки сказали:
Ты стар, Анакреон,
Вот зеркало, смотрися:
Уж нет ни волоска
На лбе твоем плешивом.
Есть волосы иль нет,
Я этого не знаю;
Но то мне лишь известно,
Веселость старику
Любовь
Цветною вязью музы
Опутали любовь,
И связанну вручили
В храненье красоте.
Теперь Венера, искуп
Носящая с собой,
Везде прилежно ищет
Эрота искупить;
Но пусть ему свободу,
К Вакху
Юпитерово чадо,
Избавитель забот,
Дражайший винодатель,
О ты, прекрасный Вакх!
Ты в пляске мне наставник.
Как полон я тобой,
Тогда-то я ликую!
Люблю, люблю попить
И пляской веселиться;
К Диане
Оленей хитрая ловица,
Юпитера прекрасна дщерь,
Владычица зверей Диана!
Молю тебя, сойди, сойди
На берег быстрого Лифея
И милосердый взор простри
На город, на людей унылых.
Не чужды благодарных чувств
Тобой народы покровенны.
Но витязь, в вечности живущий,
Скажи мне истину, не скрой,
Сей лавр блестящий и цветущий,
Который лоб геройский твой
Бессмертной славой осеняет,
Ужель и вправду затеняет
В унылой мудрости твоей
Потерю милостей, любви и красных дней?
На оргии
Скорей подай мне чару!
Дай, мальчик! мне хлебнуть.
Разбавь хотя однажды
Кипящее вино
Воды четвертой долей.
Ну! дай же без хлопот.
Не станем в шуме скифам
При чарах подражать;
Но, сладко попивая,
Похищение Европы
О юноша! сей бык
Мне кажется Юпитер:
Несет он на спине
Своей жену сидонску,
Преходит Океан
И волны разделяет
Копытами в пути.
Другому бы из стада
Ушедшему быку
На ласточку
О ласточка болтлива!
Чего ты от меня
Желаешь в наказанье,
Чтоб крылья я остриг
Или язык обрезал
Тебе я, как Терей?
Зачем ты ранним пеньем
С прелестною мечтой
Вафилла похищаешь?
Из тонких южных туч
Блеснул со страхом луч
В потемки гордой ночи,
И мрачну нощи мочь
Прогнал сияньем прочь,
И ослепил нам очи,
Так что ночная тень
Стала нам в страхе день.
Должно пить
Воду черна пьет земля,
А деревья землю пьют;
Океан все реки пьет,
Солнце пьет и Океан;
А луна и солнце пьет,
То зачем же, о друзья!
Мне мешать, как пить хочу?
Надгробная надпись Анакреону,
Иулианом сделанная
Я вам из гроба повторяю,
Что часто пел в моих стихах.
Друзья! я пить вас заклинаю,
Доколь не обратитесь в прах.
О любовниках
На бедре, прижженном сталью,
Знают лошадь по тавру,
А парфянина по шапке.
Я ж влюбленного тотчас
По сердечной легкой метке
И на взгляд могу узнать.
Всегда был мал,
Всегда был скверен,
Теперь стар стал,
А все уверен,
Что хоть уйти, хоть ополчиться,
Хоть пошалить иль потрудиться,
Переменю я обоих
Ребят моих.
На Кастродору
О не шуми! своим болтаньем
Водам морским не подражай.
И с говоруньей Кастродорой
Так много время не теряй,
Оставя дом свой в беспорядке.