Еt moи, jе vиеns aussи pronorиcеr d’unе
voиx foиblе quеlquеs mots aux pиеds!
dе la statuе.—Thom.
Друзья ума, таланта, славы!
Несите слезы и сердца,
На след и в гробе величавый,
Пред тень безсмертнаго Певца,
Который лирою златою
Всегда, как бог искусств, владел,
Хвалу гремел Царю-Герою (1),
И славил блеск народных дел (2);
Который с ней и в бурях света
Себе убежище творил;
В прекрасной участи Поэта
Для славы пел, для мира жил;
И свыше вдохновеаным даром
Как в цвете лет своих блистал,
И в поздных делах с сердечным жаром
Еще во струны огнь бросал;
Еще взыграл для нас на лире
Красу земли, красу небес (3),
Взыграл—и се гимном громким ве мире,
Под сенью вечности, изчез. . . . .
Ho ум его не мог затмиться;
Поэт в небесных гимнах жив,
В потомство эхо прокатится:
Сей глас в веках красноречив.