Зачем покинул я в долине дом родной
И рощи свежие, шумящие ручьями?
«Не унывай, мой сын! За этими скалами,
Пред нами ляжет путь широкий и прямой».
— Отец, отец! Пусти меня домой!
Мне страшно здесь, — какой-то гул невнятный…
«То море за горой нас чует и шумит,
Надеждой манит вдаль — и бурями грозит.
Идем!»—Душа полна тревоги непонятной…
Царя Вахтанга ветхия страницы
Перебирая в памяти моей,
Иду я в терем доблестной царицы,
В развалину, приют неведомых теней.
Уже заря, как зарево пожара,
На гребни темных скал бросает жаркий свет.
Заря, леса и скалы!.. о, Тамара!
Не здесь ли пел твой пламенный поэт?
Дыша, я чувствую, что здесь земля — кладбище,
А небеса—покров почиющих царей;
Царя Вахтанга ветхие страницы
Перебирая в памяти моей,
Иду я в терем доблестной царицы,
В развалину — приют неведомых теней.
Уже заря, как зарево пожара,
На гребни темных скал бросает жаркий свет!
Заря, леса и скалы!.. О Тамара!
Не здесь ли пел твой пламенный поэт!
Дыша, я чувствую, что здесь земля — кладбище,
А небеса — покров почиющих царей;
(Посв. Я. К. Гроту).
Вздымая волны, над заливом
Шла к ночи буря,— гром гудел…
За облака, навстречу ливня,
Орел с добычею летел…
В свое гнездо, не внемля грому,
Крылами рассекая мглу,
Он нес в когтях своих голубку
И опустился на скалу.
Я шел под скалами,
Мглой ночи одет,
Я нес темным людям
Божественный свет —
Любовь и свободу
От страха и чар,
И жажду познанья,
И творческий дар.
Вдруг, разорвалася
И.
Не князь, красавец молодой,
Внук иверских царей,
Был сокровенною мечтой
Ее цветущих дней;
Не вождь грузинских удальцов, —
Гроза соседних гор,
Признаньем вынудил ее
Потупить ясный взор;
Не там, где слышат валуны