Влага прохладною стала.
Вечером — где он, рубин?
Зори — в мерцаньях опала,
Облачки — полчища льдин.
Осень серпом однозубым
Сжала вплотную поля.
Воздух стал жестким и грубым,
Сохлой листвой шевеля.
Весь воздух летом нас защищает шатром горячим.
А в осень жутко. Весь воздух жмется. С дождем мы плачем.
Все небо летом сияет светом. Все небо — сине.
А глянут тучи, — они могучи. Огонь в твердыне.
Все небо в осень молочно-бледно, белесовато.
А глянет просинь, — шепнет нам осень, что нет возврата.
И в Осени нам власть цвести дана,
Когда мы Смерть с Любовью обвенчаем.
Горит весь лес. За отдаленным краем
Его владений—чу!—гудит струна.
Какая в этом рденьи глубина,—
Так краски не горят веселым Маем.
И пусть печалью час утрат терзаем,—
Без Осени вся наша жизнь бедна.
Вот они, мерзлые глыбы,
Серого цвета земля.
Трав перекручены сгибы,
Холод их сжал, шевеля.
Бешено носится ветер.
Дождь. За слезою слеза.
Смотрит мне зябнущий сеттер
С недоуменьем в глаза.
Вот оне, мерзлыя глыбы,
Сераго цвета земля.
Трав перекручены сгибы,
Холод их сжал, шевеля.
Бешено носится ветер.
Дождь. За слезою слеза.
Смотрит мне зябнущий сэтер
С недоуменьем в глаза.
Вот и Осень золотая
К нам приходит вновь.
Гуще дымка, утром тая,
И оделся лес, блистая,
В листья, красные как кровь.
Я бы думал, что весною
Место для огня.
А меж тем, как будто зною,
Всей листвою расписною,
Осень ходит, леса расцветила: —
«Я поля в сарафан наряжу».
А Зима проворчала уныло: —
«Под холстину я их положу.»
Ветерок пролетал. Покричали.
А шутник целый гул развернул.
«Как мне Осень прикажет», вначале,
А потом — «Как Зима», он шепнул.
Осень. Мертвый простор. Углубленные грустные дали.
Завершительный ропот, шуршащих листвою, ветров.
Для чего не со мной ты, о, друг мой, в ночах, в их печали?
Столько звезд в них сияет, в предчувствии зимних снегов.
Я сижу у окна. Чуть дрожат беспокойные ставни.
И в трубе, без конца, без конца, звуки чьей-то мольбы.
На лице у меня поцелуй, — о, вчерашний, недавний.
По лесам и полям протянулась дорога Судьбы.
Я себе построил дом посреди дубравы.
Посадил вокруг него шелковые травы.
И серебряным его окружил я тыном.
И живу теперь я в нем полным властелином.
В этом доме — терема, не один, четыре.
В этом доме свет и тьма радостней, чем в мире.
Светит солнце с потолка, за день не сгорает.
Месяц с звездами в ночах серебром играет.
У Осени в саду, по золотым аллеям,
Мечтая, я бродил, в сияньи сентября.
Я видел призраки, подобные камеям,
На них светила мне вечерняя заря.
Они мне нравились, их четкий профиль, взоры,
Гармония всех черт, спокойствие мечты.
И к ним так стройно шли все краски, все узоры,
В воздушность кру́жева сплетенные листы.